Резко, цинично, но доходчиво. И возразить-то нечего, логика железная.

С другой стороны, в словах императора было изрядное лукавство. Имперские роды за свой счет тянут чуть ли не половину социальной сферы в стране, так что именно о содержании их за счет Империи речи точно не идет.

— Имперские роды необходимы Империи, — видя мое замешательство, пояснил император. — Они не просто совершили когда-то свое Деяние, они до сих пор являются основой Империи. Без любого из них прочный фундамент нашей страны пошатнется.

Ничего не понял.

То есть они и сейчас что-то делают такое, чего не может больше никто? Все два десятка родов?

— Не понимаешь, — слегка улыбнулся император. — Пока и не нужно. Потому что именно у тебя, Виктор, есть шанс войти в число столпов Империи. Всего лишь шанс, но у большинства нет и того.

Я изобразил на своем лице максимальное внимание. Задавать вопросы прямым текстом я поостерегусь, мало ли, как император отреагирует на неаккуратную формулировку. Эта тема для него слишком животрепещущая, похоже.

— Ты уже начал заниматься старой защитной линией, — сказал император. — И ты первый, кто показал хоть какие-то успехи в этом направлении. Возможно, защитная линия станет той самой путеводной нитью, которая приведет тебя к твоей мечте. Возможно, нет. Пока рано утверждать наверняка. Однако это — твой шанс. Когда ты передашь мне управление защитной линией, мы вернемся к этому разговору.

— Приложу все усилия, ваше величество, — склонил голову я. — И благодарю за предоставленную возможность.

— Но до тех пор, чтобы я не слышал никаких намеков на твои претензии на имперский статус, — потребовал император. — Ни от кого!

— Да, ваше величество.

Император еще пару секунд посверлил меня тяжелым взглядом, а затем кивнул каким-то своим мыслям и развеял изолирующий купол.

— Удачи в финале, Виктор, — слегка улыбнулся император.

— Благодарю, ваше величество, — поклонился я.

Император вновь отвернулся к перилам беседки, а я вышел из беседки и направился в ту часть парка, где гуляли аристократы.

Там, кстати, уже стало значительно меньше народу. Время начала финальных боев неумолимо приближалось, люди постепенно возвращались на трибуны.

Эксара встретил меня почти на той самой невидимой границе, что очерчивала условную зону отчуждения вокруг императора. Видя, что разговор с императором изрядно загрузил меня, учитель не стал задавать вопросы. И даже втягивать меня в беседу не стал. Просто молча кивнул мне и направился в сторону Арены.

Я последовал за ним.

Я был благодарен учителю за молчание, мне действительно было, о чем подумать.