— То что? Ну? Костлявый говнюк захватил его мозги?
— Нет. Я видел, что он всё для себя решил. Хватит разговоров. Сегодня снимем комнаты, отдохнём, а завтра отправимся в Ласточкино Гнездо. Домой.
— Пф-ф-ф… Легко же ты сдаёшься, дядька.
— Я не сдаюсь. Я просто следую приказам. А ты будешь следовать моим до тех пор, пока не научишься сама отдавать их мне.
— Э-э-э… Чего?..
Торн переводит взгляд на входную дверь. Там что-то шумит, кто-то топает. Заходят четверо стражей в стальных кирасах, расходятся в разные стороны, заглядывают под каждый стол. Лия и Иона явно нервничают, а вот Торн спокоен. К нему подходит один из стражей, отдаёт честь.
— Капитан Торн.
— Лейтенант Безос, — кивает Торн.
В таверну заходит ещё десяток воинов. А следом за ними — лично эйр Эдмунд Галлен. Элегантный, высокий, статный, с тростью в руке. Он сразу же подмечает Торна, задерживает взгляд на Ионе.
— Что происходит? — шипит она на Торна. — Что это всё значит… Дядька… ты… нас продал?
Торн лишь хмурится, выражая всем своим видом, что он думает о теории Ионы.
Эдмунд Галлен подходит ближе, садится за табурет, рукой даёт знак официантке принести ему кружку.
— Не вставайте, — кивает Торну и Лие.
Иона бухтит что-то вроде «не больно-то и хотелось». Эйр едва заметно улыбается.
— Горячая кровь. Молодое сердце.
Проходит томительная и напряжённая минута наблюдений за тем, как эйр наливает себе молоко и с удовольствием отхлёбывает. Никто не решается сказать хоть слово.
— Торн. — Голос Эйра веет властью и жизненным опытом. — Я даже не знаю, что с тобой делать. Либо казнить, либо представить к награде.
— Хм…
— Мне пришёл голубь. От сына. Он поведал, что вы будете здесь. Попросил отправить людей, чтобы защитить и сопроводить.
— Хм…
— Верно. Я решил прийти лично. Знаешь почему? — Взгляд эйра падает на Иону. — Потому что Римус сообщил, что он отказывается от наследства и что я, скорее всего, его никогда не увижу. Это очень плохая новость. Как всем известно, я последний из Галленов. Мне нужны наследники. Понимаешь меня… Иона?
Иона вскакивает с места как разъярённая пантера, хватается за рукоять кинжала. Если бы эйр не поднял руку, то через пару секунд ей отсекли бы голову стражи.
— ТЫ! Не-е-е, я долго сдерживалась. Пусть это будут мои последние слова, но я их скажу! Ты! Говнюк! Сжёг моих родителей! Из-за тебя я всю жизнь прожила с головорезами! А теперь приходишь сюда и хочешь сделать меня своей подстилкой! Наследничков чтобы тебе наделала⁈ Да я вспорю тебе брюхо прямо здесь и сейчас!
Лия едва заметно дёргает её за рукав в тщетных попытках успокоить, шепчет: