— Его Императорское Высочество и Его Высочество принц Георг приняли-с ваше приглашение пострелять после завтрака.

Чтобы не разочаровывать брата, я отвечаю ему тем же, благо писарь теперь есть.

— Его высокопревосходительство генерал-адмирал Басарагин ответили-с, что если один раз ему удалось научить вас морскому делу, второй раз получится подавно, и согласились провести для вас урок с полудня и до обеда.

— Это очень хорошо, — вполне честно кивнул я.

Вице-адмиралу пришлось рассказать про «амнезию» — а что делать? Как Никки, вымаливать озарение? Владимира Григорьевича я вообще не знаю — для роли он был не нужен, Илюха про него не рассказывал, а адмиралов всех мастей в Империи как грязи. Что ж, познакомимся — мне нужно тренироваться в общении с очень важными людьми, потому что Никки и греческий тезка такими вообще не воспринимаются.

— В четыре часа пополудни мы прибываем в Бомбей, — закруглился Андреич.

Волнуюсь — мне же в официальной делегации участвовать, вокруг будет куча народа, в провожатых и собеседниках — коварные англичане, и посреди всего этого — я в красивом сюртуке. Эх, какие кадры пропадают! Жаль, что нормальной кинокамеры ещё нет. Обязательно займусь этим вопросом по возвращению в Питер. Пусть в дворцовом серпентарии я ничего не понимаю, но фамилии изобретателей Тимченко и Фрайденберга помню замечательно. Пока народ безграмотен, хотя бы в крупных городах должны организовываться кинотеатры, в которых будут крутить обращения Николая к нации. Если он не расскажет народу, как сильно ему повезло с царем, народ же и не догадается. А какой эффект это произведет на людей? Сколько из них хотя бы качественные портреты царя видели? А тут — вон он, двигается, разговаривает, и глазами в самую душу смотрит. Сначала группу личных «Эдисонов» соберу, а потом можно и отечественный Голливуд строить.

За завтраком давали уху — сегодня можно, и мы с принцами дружно держали марку, стараясь не хлюпать. Черный сухарь просто так и черный сухарь, напитанный ухой — это небо и земля. Хрустнув зеленым лучком — где-то на корабле выращивают — Николай намекнул, что знает о моем усиленном питании:

— Жоржи, ты немного прибавил в весе.

— Толстый брат царя полезен, — глубокомысленно заявил я и отпил компота.

Если в Петербурге такого не будет, придется классово угнетать поваров, пока не научатся.

— Чем же? — приготовился принц Георг.

— Народ будет считать, что его обираю я, а не Никки, — развел я руками.

Из уважения к дарованной Господом пище мы посмеялись очень тихо.

— Право же, Жоржи, зачем тебе этот матрос? — поднял неудобную тему Николай. — В Индии преизрядно наших торговых представительств, и, если тебя интересует торговля — хотя я этого твоего каприза совершенно не понимаю — ты мог бы обратиться туда.