Оказавшись под козырьком, Рана садится передо мной на корточки, ощупывает края порезов, затем поднимается и, порывшись в своей поясной сумке, достает флакон с густой синей микстурой.

— Пей.

Я медлю, глядя на недешевое лекарство.

— А мастер Цинус не будет против?

— Пей, кому говорю, — настойчиво повторяет она.

Ну, а кто я такой, чтобы спорить с лекарем? Я послушно выпиваю жидкость до дна. Боль почти сразу стихает. Поэтому о ранах можно больше не беспокоиться — затянутся как на собаке.

Тем временем Симон с кряхтением уже поднялся из грязной лужи и понуро бредет прочь. Его свита следует за ним, но тон их голосов резко изменился.

— А ты ведь только что всухую проиграл сопле, —бросает один из его дружков.

— Заткнись! — огрызается Симон, но в его голосе нет прежней уверенности.

— Еще и откупился от него бабками, — с издевкой добавляет второй старшак.

— Это не откуп! Я ему реально должен был этот серебряный! — оправдывается Бегун, пытаясь сохранить хоть остатки лица перед своими же дружками.

— Надо же, вот и память у кое-кого внезапно прорезалась, —хмыкает Лина, стоящая рядом со мной.

— А для лечения амнезии всего лишь надо было упасть с крыши, — с сарказмом добивает Рита.

— Думаю, мне пора, — Рана надевает капюшон пряча волосы. — Не задерживайтесь тоже.

— Да, мы ведь уже «поговорили» с Симоном, сестра, — киваю.

Рана, понимающе улыбнувшись, уходит, а мы всем составом направляемся в казарму. Адреналин после драки постепенно отпускает, уступая место легкой эйфории. Ребята наперебой переговариваются, вспоминая детали моего сумасшедшего падения с крыши, и шутят над позором Симона. Мы поднимаемся к себе на этаж в приподнятом настроении, чувствуя себя победителями, сломавшими местную систему.

Но на этом праздник заканчивается. У самых дверей нашей каморки мы застаем — оппа! — Сержа.

— Новики, вы где прохлаждаетесь? — строго спрашивает он, окидывая нашу помятую компанию взглядом. — До отбоя осталось всего десять минут.

— Но ведь эти десять минут еще не прошли, значит, отбой не наступил, мастер, — ровным тоном отвечает Лина.

Серж удивленно смотрит на блондинку. Обычно она перед мастером только втягивают голову в плечи, а тут такая уверенность, подкрепленная сухой логикой. Видимо, мой недавний бунт против старшаков оказался заразительным.

Серж бросает:

— Завтра утром у вашего потока не будет пробежки. Как и физподготовки.

— А что же будет взамен? — непонимающе хмурится Тимур.

— Отправка на войну, — роняет Серж.

Развернувшись, мастер молча уходит, оставляя нас переваривать услышанное. Мы с друзьями заторможенно переглядываемся. Игры закончились.