Императрица Мод немного сдала за те пять лет, что мы не виделись. Как и все женщины, она упорно не хотела в это верить. В душе ведь ей всего лет двадцать. Тем более, что Брайен де Инсула по прозвищу Фиц-Каунт смотрел на нее влюбленными глазами даже в присутствии своей жены. Императрица по-прежнему не реагировала на его воздыхания. Наверное, думает, что если ответит на его чувства, то вскоре останется без единственного обожателя. Мужчины такие неблагодарные: едва добьются своего, сразу замечают, что ты не так красива, как казалась. На самом деле, если ты гонишься за женщиной, она начинает убегать, а если не обращаешь на нее внимания, сама припрется. Им ведь мужчины нужнее, чем нам женщины. У них есть только семья, столпом которой является мужчина, а у нас на первом месте дело: война, политика, бизнес… Иногда этим делом становятся женщины. Тогда мужчина оказывается одним из двух типажей: донжуаном, которых женщины ругают, но любят, или мечтателем-воздыхателем, которых хвалят, но презирают. От воздыханий оргазм у нее не случится и дети не появятся. Поэтому императрица Мод не обращала внимания на Фиц-Каунта, а я — на нее.
— У меня есть предложение к тебе, — сказал Брайен де Инсула, лорд Уоллингфордский, пока мы ждали, когда приготовят ужин. — Епископ Генрих Блуаский, младший брат короля, построил крепость ниже по течению Темзы. Мне она мешает. Да и Генриха не помешает наказать за то, что он отказал в поддержке императрице Матильде.
— Предлагаешь захватить ее? — спросил я.
Меня его мотивы мало интересовали. Уверен, что лорд желает не столько насолить епископу, сколько сделать приятное императрице.
— Да, — ответил он. — Я дам тебе в помощь часть моего отряда.
— Помощь, конечно, не помешает, но потребуются еще и деньги, — сообщил я. — Мои рыцари и солдаты не захотят рисковать даром.
— Это само собой! — заверил Фиц-Каунт. — Если сожжете замок, заплачу им вдвойне, а тебе дам еще три манора.
Вот это деловой разговор!
— Замок деревянный? — поинтересовался я.
— Да, — ответил лорд. — Типичный мотт и бейли. У донжона каменный только первый этаж.
— Завтра выступим, — заверил я.
Брайен де Инсула даже гмыкнул расстроено. Наверное, собирался поторговаться или поуговаривать. Теперь у него будет чувство, что переплатил.
— Мне надо торопиться, — сказал я, чтобы уменьшить его огорчение. — Король Португалии осаждает Лиссабон, ждет моей помощи.
На самом деле я не знал, осаждают Лиссабон или нет. Новости здесь распространялись со скоростью движения арбы, запряженной волами.
— Борьба с неверными — это святое дело, — изрек успокоившийся лорд Брайен.