Когда пошло обсуждение деталей, они немного поумерили пыл, ведь та же «Гривна», была скорее гражданской переделкой, чем полноценным тяжёлым крейсером, но она несла на себе достаточное вооружение и против тварей, что не могли ответить, вполне подходила. Кроме того, крейсер «Кронштадт» был двойником вышедшего из строя «Севастополя», что существенно упрощало переход экипажа. А уж захваченные корабли САШ и Японии и вовсе приводили офицеров в восторг.

Через несколько дней мы переместились на «кладбище кораблей», организованное там, где они сели — на севере Петроградской губернии, ближе к Карелии. Сотни современных боевых кораблей, безжизненно стоящие посреди лесов и полей — величественное, хоть и жутковатое зрелище.

Я долго сомневался, хочу ли отдать «Гнев Империи», прошедший через все невзгоды и ужасы, тяжёлый штурмовой фрегат, и только когда увидел «Москву», понял, что иногда стоит потворствовать жадности. В конце концов, артиллерийский крейсер, относящийся к сверхтяжёлому классу, мог посоперничать по тяговооружённости с линкорами.

Современный, вооружённый двенадцатью башнями с орудиями главного калибра и восьмью ПСО он обладал невообразимой мощью. Даже полученный нами в бою «Огайо» — лишь бледная тень передового корабля центрального флота. Был у него, правда, и существенный минус: как и линкор «Пётр Великий», крейсер «Москва» находился во время теракта почти над Варшавой.

— Могу я сменить имя корабля? — спросил я, принимая судно под своё командование.

— Естественно, ваше высочество. Теперь это ваш корабль, и вы можете делать с ним, что хотите, — ответил Роман. — В рамках флота у него останется единый регистрационный номер завода, а вот название или, вернее сказать, позывной — полностью ваша прерогатива.

— В таком случае он станет новым «Гневом», — решил я. — «Гневом цесаревича». Секрет моего происхождения уже вовсе не секрет. Не вижу смысла дальше скрывать правду. А войска будут воодушевлены, зная, что мы идём на выручку. Что до моего, хотя уже вашего, фрегата, то можете назвать его как вам угодно.

— Уверен, мы что-нибудь придумаем, — улыбнулся в ответ Роман. — Я внесу новое название в реестр. Осталась самая малость — команда для этого красавца.

— Да, с этим будут сложности, — усмехнулся я. — Но мы справимся. Спасибо.

— В таком случае, всего доброго, — козырнув, сказал князь и ушёл с мостика, на который уже поднялись все мои офицеры. Вернее, все, кто мог выдержать пассивное давление такого уровня.

— Итак, новый корабль! — с улыбкой проговорил Таран, гладя приборную панель.