— Ого, значит, столько прощание со мной стоит, — кисло усмехнулся Симеон. — Нет, Саш, спасибо тебе, конечно, но эти деньги ты можешь себе оставить. Встреча с учениками для меня важнее была. На каторге я с ними увидеться бы не смог, а тут такая оказия. Даже не думал, что удастся со многими поговорить, обменяться… в общем, спасибо. Для меня это важно.

— Настаивать я не буду. Для меня эта сумма более чем существенная, — честно сказал я, забирая деньги и пряча их по внутренним карманам пальто. — Премии всем, кто занимался охраной сегодня мы тоже выплатим. На это у нас отдельно выделены средства.

— Обо всех подумал? — усмехнулся Коловрат, когда стражники довольно заулыбались. — Себя хоть не забыл?

— Треть оставил. Все по-честному, — ответил я, уже собираясь уйти.

— Как твое здоровье? — поймал меня за рукав Симеон, заставив сесть обратно. — Вроде ты себя показал не с худшей стороны во время протестов.

— Да, пришлось запустить террориста в полет, — ответил я негромко, но не особенно скрываясь. — Пришлось несладко, но мы вроде справились.

— Ага, тяжело, — усмехнулся тренер, а потом шепотом добавил: — Особенно без камня, верно?

— Понятия не имею, о чем вы, — нахмурился я и демонстративно показал ему амулет, висящий на шее. — Мой камень всегда со мной.

— Нисколько не сомневаюсь. Он и в самом деле всегда с тобой. Всегда, — усмехнулся Симеон. — Надеюсь, ты понимаешь, что это значит. Но что-то я сегодня расчувствовался. В общем, спасибо, парень, я это очень ценю.

— И в результате тренировки станут чуть менее убийственными? — со слабой надеждой в голосе проговорил я.

— Что? С какой стати? У тебя же сегодня, считай, выходной был! — рассмеялся Симеон. — Нет, с завтрашнего дня начнешь утроенные тренировки, чтобы и сегодняшний нагнать, и с ближайшими конкурентами сравнятся. Будем тебя учить пользоваться резонансным проводящим оружием, а то ты одним и тем же приемом всех нагибать долго не сможешь. Особенно после сегодняшней демонстрации.

— В каком смысле? — нахмурился я, чувствуя, что призовое место в опасности.

— Ты же пока в одну шестьдесят четвертую не вышел, верно? У тебя впереди еще отборочные в школе, а после них — шесть схваток, три из которых выездные. А твою тактику уже сейчас все изучили вдоль и поперек, — усмехнулся тренер, привычно сложив руки за спиной. — Или ты думаешь, никто за твоими занятиями не наблюдал? За поединками? Поверь, все, кому надо, уже в курсе. Баронство из рук императора — слишком лакомый приз, чтобы отдать его первому встречному.

— Так. Что-то меня сейчас это напрягать начало, — помрачнев, проговорил я.