Стоп! Стоп…
— Александр, что-то случилось? — спросила Мария, когда я непроизвольно дернулся на месте.
— Нет-нет. Все в порядке, — как можно спокойней ответил я, хотя все было совсем не в порядке. Суворовы — пусть и не такой могущественный, но очень быстро возвысившийся военный род, и уж Мирослав дураком точно не был. Внимание вопрос — почему я до сих пор жив?
Раньше я отвечал на него очень просто — я одновременно заложник и трофей. Взятый под благовидным предлогом в семью, чтобы не особенно отсвечивать. Если вдруг случится такое, что выиграет партия императрицы, вот они, защитники покровители и опекуны ее родного чада. Нате, пожалуйста, в целости и сохранности.
Если выигрывает партия императора — вот вам, ваше величество, родственник и заложник для дальнейшего торга. А если не нужно — можно и вообще убить. Но пока страховка карман не тянула. Пока. А теперь представим, что император завтра берет три-пять-сорок молодых фертильных девушек благородного происхождения в наложницы и через месяц половина из них беременеет.
Зачем императору и, как следствие, Суворовым я?
Нет, спокойно, я все так же важен, как гарантия и обменный фонд. Кроме того, меня можно использовать для давления на императрицу и ее окружение. Возможно, именно для этого меня сделали официальным преемником Бронислава — показать заинтересованным лицам. Типа вот он, у нас, живой…
Кто знает мою истинную природу? Мать, ее ближайшее окружение, охрана… нет, последние все мертвы. Значит, только императрица, Гавриил, Суворовы… всё? Слишком много неизвестных, слишком многого я не понимаю и не вижу. Да и ценность собственную могу переоценивать.
— Эй, старшой, я твой портрет в старости нашел! — рассмеявшись, заявил Краснов, и я невольно отвлекся от своих мыслей.
— Дурак, это его императорское величество Николай! — отвесил подзатыльник Максиму стоявший рядом с ним Таран. — Хотя и вправду какое-то сходство есть.
— Все люди чем-то похожи, — ответил я, отмахнувшись. — Ты вон на того генерала очень смахиваешь.
— Да ну? Не… хотя, — бормотал бурят, сравнивая себя с первым попавшимся мне под руку портретом. Вот только Мальвина, после его слов подошедшая к картине, нахмурившись, переводила взгляд с меня на императора и обратно.
Глава 5
— С Новым годом! С Новым годом! — хором скандировали кадеты, когда стрелка на башне начала бить двенадцать. — Ура!
Мое первое празднование Нового года в новом мире. Ощущения странные, особенно учитывая, что еще вчера мы были свидетелями теракта, чуть не оказавшись в эпицентре взрыва. С момента, как мы посетили Зимний дворец, я время от времени отмечал на себе заинтересованные взгляды Мальвины, но в целом отношение ко мне одногруппников не поменялось. Можно сказать, повезло.