А вот что было странно — то, что Суворовы, получив ответ на вопрос «где собираешься праздновать?», не стали мне мешать и даже отправили нас обратно в училище на штурмовом боте, а не автобусе. Что для большинства кадетов стало продолжением веселого приключения. И только Краснова чуть укачало в полете.

— Ничего, что вам приходится за нами присматривать, Мария Ивановна? — спросил я у преподавательницы.

— Ой, брось, после того что между нами было, да еще и в неформальной обстановке — можешь звать меня по имени, — улыбнулась женщина, поправив свои белоснежные кудри.

— Хорошо, Мария, — с трудом сдержав вздох, проговорил я. — Так почему вы не празднуете дома?

— В одиночестве? — хмыкнула преподавательница, поболтав в бокале шампанское. — Уж лучше здесь, с вами или с ребятами в казармах… Но им сейчас не до праздника, а у меня, считай, выходной.

— Соболезную, — коротко сказал я, повернувшись к водящим хоровод вокруг елки ребятам. Пусть уже не дети, но праздновали они как могли. Там, с той стороны от наставницы, в соки и газировку добавлялся нектар, вода шестидесятипроцентная с добавлением консерванта — спирта. А моя официальная задача была отвлечение. Хотя что-то мне подсказывало, что нашу маленькую хитрость давно раскрыли.

— Соболезнуешь? С чего вдруг? — удивленно посмотрела на меня Мария.

— Прошу прощения, это не мое дело, — проговорил я.

— Ну уж нет. Давай рассказывай, раз уж начал, — заинтересованно повернулась ко мне женщина, напирая выдающимся бюстом, буквально торчащим из расстегнутой куртки. Мда, если это была такая женская «хитрость», чтобы меня соблазнить, больше это напоминало удар по голове дубинкой, перед тем как в пещеру тащить. Слишком явно и топорно, рассчитано на подростка со спермотоксикозом.

— Вы молодая привлекательная женщина, — начал говорить я, отчего Мария широко улыбнулась, уже внутренне празднуя свою победу. — В самом удачном возрасте для замужества. Успешная карьера уже сделана, таланты явные, так что либо ваш любимый мужчина погиб на задании, либо… вас коснулось то же проклятье, что и других.

— Да уж, — поморщившись, проговорила Мария. — Скажи мне это ровесник, и я, пожалуй, отвесила бы ему пощечину. Но учитывая, что ты еще совсем ребенок. Кхм… все равно ребенок — отвечу. Я вчерашняя простолюдинка, перепрыгнувшая через два ранга и получившая дворянство из рук твоего деда. У нас это скорее обычное дело, чем исключение. Из закончивших со мной училище, только у двух девушек есть дети.

— Из сотни? — на всякий случай уточнил я.

— Из пяти сотен, — хмыкнув, произнесла Мария. — Чем ты слушал мои лекции, когда я объясняла последствия резонанса, м?