Зимний. Белый зал, срочное заседание малого совета под председательством императора.

— Убийство князя Меньшикова на территории Петрограда — недопустимый провал! — наседал на главу жандармерии старый товарищ и союзник Меньшиковых граф Юсупов, занявший должность министра просвещения вместо пропавшего почти полгода назад Авраама. — Куда смотрит полиция⁈ А тайная служба?

— Убили князя, покушались на императора… ваше величество, это бардак. Необходимо принять срочные меры, — вторил ему министр транспорта и путей сообщения, граф Нарышкин. — Прошу прощения, ваше величество, но, кажется, пора выразить вотум недоверия главе жандармерии. А учитывая охрану на торжественных мероприятиях — и гвардии.

— Проступки князя велики, как и ошибки графа Суворова. И выводы они для себя, однозначно, сделают, — жестко сказал Петр, сцепив пальцы. — Однако собрали вас не по этому поводу. Граф Бестужев, прошу.

— Благодарю, ваше величество, — поклонившись, вышел вперед временный начальник тайной службы. — Прошу прощения у всех собравшихся за испорченный новогодний праздник. Однако дело и в самом деле не терпящее отлагательства.

По мановению руки главы разведки на стене появилось изображение.

— Эта черная клякса, без сомнения князь Константин Меньшиков. Убийца потрудился уничтожить все следы, однако мы сумели найти оплавленный инициированный алмаз, — проговорил Бестужев, укрупняя изображение. Белая капелька посреди смоляной черноты слабо напоминала камень, но сомневаться в словах говорившего у остальных в зале не было повода. — Однако худшее не в этом.

— За два часа до этого на императорское училище было совершено нападение, по переданным от Суворовых уликам — виновником был один из измененных, — новый щелчок, и фотография сменилась изображением поля битвы, с характерными черными проплешинами и кусками плоти. — Увы, это тоже не все…

— Да сколько можно? — гневно проговорил Юсупов, но под взглядом остальных министров мгновенно взял себя в руки.

— Днем ранее из императорского алмазного фонда пропал один камень. А именно — алмаз «Шах». Нам доподлинно известно, что для инициации он не подходит, его уже использовали во время второй инициации императора, семьдесят лет назад. После звезды Орлова, — сказал, снова сменив слайд, Бестужев. — При допросе ментал сумел выудить из головы смотрителя фонда несколько образов, под один из которых попал работник, найденный мертвым, с характерной раной. С большой долей вероятности он убит тем же лицом, что и князь Константин.

— Переходите уже к выводам, — махнул рукой император.