— Пресс после третьей недели обучения. Ну да, ну да — пошел я нафиг, — усмехнулся Таран, поднимаясь мне навстречу. — А меня еще талантом среди отбросов называли, когда к концу второго курса я первый создал щит. Хотя да, ты же у нас не отброс, а самый настоящий аристократ, да, Граф?

— Если ты таким образом ищешь себе оправдание, чтобы не развиваться, забудь. Тебе еще Недосуда надо побить в схватке, — ответил я, усмехнувшись. — Ну, или, если ты вдруг решил сдаться, свесить лапки и отправиться в общевойсковую роту.

— Ловить снаряды контрбатарейного огня турок? Не, спасибо, я лучше на теплое местечко в твоей гвардии буду рассчитывать, — рассмеялся бурят, уперев кулаки в бока. — Ладно, идем на стрельбище?

— Ага. Жеглов! Хватит энергии довести доспех до ангара? — спросил я, вылезая из стальной скорлупы. Петр кивнул, без глупых вопросов забираясь в броню. Вставил камень в нагрудную пластину, и двигатели тут же ожили, с тихим шипением закрывая доспех. Зависть. Черт подери, как легко он бежал в этом металлическом гробу…

— Идем? — повторил довольно Леха, я с прищуром посмотрел на товарища, и, судя по всему, выражение лица оказалось именно такое, как должно быть. — Что? Я ни в чем не виноват. Это не я, вот вообще ни разу ни я. Ну, хотя, может, где-то что-то и я, но конкретно здесь — нет. И вообще, нет свидетелей. Какие ваши доказательства?

— Сколько ты заработал, устроив из моего занятия шоу? — прямо спросил я.

— Пятнадцать рублей на том, что ты покажешь что-то необычное, — тут же, не став пререкаться, ответил Леха, но я продолжал на него внимательно смотреть. — Ла-адно хорошо, еще двенадцать на то, что используешь силовые конструкты.

— А чего так мало? Триста человек тут сидело, — искренне удивился я.

— Слишком в тебя верят, брат, — ответил Таран, приобняв меня за плечи. — Ну а ставить против — вообще глупость несусветная. Вот и выкручивается твой зам как может.

— За то, что соврал, двенадцать идет мне, — коротко сказал я, и Шебутнов, вздохнув, протянул мятые купюры. — И еще половина за то, что не согласовал спор.

— Эй, я же так вообще ни с чем останусь. Ты же даже деньгами не рисковал! — возмущенно проговорил Леха.

— За возмущение — еще рупь, — усмехнулся я, поманив его пальцами. И Шебутнов, сделав кислую мину, выложил все, что причиталось. Мне на секунду даже показалось, что он сейчас вспылит и что-нибудь скажет, этакое, но нет, парень совсем не дурак и язык за зубами держать умеет. — Молодец. Выводы правильные сделал. На, держи, двадцатка в общак.

— Ну, то есть в твой же карман, но который у меня хранится, — фыркнул Леха, забирая обратно купюры. — Я все понял, старшой. Урок усвоен.