— А, гхм… что мы с ними можем сделать? — удивлённо посмотрел на меня Таран. — Это же целое государство.

— Государство, власть в котором сосредоточена у кучки людей, — заметил Строгонов. — Кого-то можно запугать, кого-то казнить, у других взять в заложники семьи или детей…

— Нет, — оборвал я его мысль, подняв ладонь. — Мы могли бы всё это сделать, если бы рассчитывали остаться здесь навсегда. Да, можно взять на обучение талантливых детей, не в заложники, а… хотя кого я обманываю, пусть будут заложники. Может, последнее и стоит сделать, хоть какую-то лояльность себе обеспечим, а подростки будут в нормальной среде воспитываться.

— Ну да, мы-то нормальная среда для детей аристократов, — усмехнулся Шебутнов. — Особенно бывшие тэуэфовцы.

— Зато научатся выживать, — пожал я плечами. — Так вот, главная проблема — нам это не нужно. Как только стычки с чёрным флотом станут постоянными — мы больше не сможем позволить себе оставаться на одном месте долго. А если попробуем захватить власть силой, даже если это получится, местная аристократия тут же побежит к пиратам за помощью, и мы попадём в ситуацию, где не выбираем ни места, ни времени сражения.

— Тогда что мы можем решать? — удивлённо спросил Краснов. — Толку что-то с ними делать, если мы всё равно улетим.

— Знаешь, вот от тебя я такого вопроса не ожидал, — усмехнулся я, глядя на Максима. — Ты ли не коммунист в душе? А как же забота о народе?

— Может, не надо? Там первым местом стоит свержение буржуев, — покосился на товарища Шебутнов. — А я только вроде в люди выбиваться начал.

— Я зарежу тебя ночью во имя классовой борьбы пролетариата! — сделав страшные глаза, проговорил Краснов.

— Шутки в сторону. Мы можем сдвинуть дело с мёртвой точки. Надо только понять, как и в каких местах, — покачав головой, сказал я. — Самое простое, избавить местного правителя от конкурентов и недоброжелателей. Мы как люди со стороны, можем это сделать без особых для себя проблем. Тогда у него появится больше ресурсов, которые можно будет потратить на народ. Естественно, делать он это станет не по доброте душевной, а понимая, что в случае нашего неудовольствия станет следующим.

— Довольно жёстоко, — заметил с улыбкой Строгонов, который явно был не против предложенной идеи. — Но, если нужно, я могу всё сделать за вас.

— Нет. Если уж убивать, то глядя в лицо, — ответил я.

— Уважаю, но не одобряю, — покачал головой Василий. — Всё самому не сделать.

— Удивительно, но именно об этом мне сказал Амин-бей, — усмехнулся я. — А потому убивать никого раньше времени мы не станем. Вначале попробуем разобраться в ситуации. Возможно, найдётся кто-то из дворян, кто заботиться о народе и всё ещё верен Империи. И это второе, что мы можем и должны сделать. А третье — договоры с уважаемыми партнёрами и союзниками, которые падишах заключил. С персами и османами. И, конечно, швейцарцами. Поможем им добровольно отказаться от своих планов. А начнём с планировавшегося перехвата.