Догнать и даже загнать лошадь или лань, скакать с ветки на ветку, словно Тарзан, поднять вес, в два раза превышающий собственный, фантастика, которая стала мне доступна. Но если в начале своего появления в этом теле я воспринимал происходящее скорее как выживание и адаптацию к реальным условиям, то сейчас всё моё укрепление сводилось к одному — выдерживаю воздействия конструктов без брони. В первую очередь — моих собственных.

Практика показала, что без Рывка и Скольжения, техники пикирования при высадке без парашюта, мне просто не выжить. Бой с персидским принцем в очередной раз показал, что я далёк от совершенства в конструктах, а компенсировать я мог это только телесными и духовными практиками, недоступными врагам.

Второе, чем пришлось заняться под руководством Василия, — тренировка диска. Я всё ещё использовал устаревшую форму, мало отличающуюся от пресса, а потому потратил часы, чтобы довести её до номинальной. Задача оказалась крайне нетривиальной, но, когда всё-таки получилось, произошло неожиданное. Хорошо хоть, эта странность была приятной.

— Вот как… — задумчиво протянул Строгонов, подойдя к оставшейся в бетонной плите выбоине. — Значит, говоришь, просто использовал диск?

— Да, как обычно, — устало ответил я, глубоко дыша и восстанавливая существенно просевший за последние четыре часа запас.

— Интересно. Погоди тут, я скоро вернусь, — сказал Василий и быстро пошёл куда-то в сторону инженеров, заканчивающих возиться с антенной дальнего радиуса передачи. Через пять минут он вернулся, держа в руках рулетку, а следом шёл заинтересованный Погоняйло.

— Ну, это может быть просто случайность, — заметил капитан, когда они, сев на корточки у дырки, замерили её со всех сторон.

— Вполне может быть, — кивнул Василий, достав карандаш, нарисовал на бетоне крестик, а потом отошёл в сторону, оттащив капдва за рукав. — Ваше сиятельство, прошу ещё раз, диск минимального размера. Вот в эту точку.

— Хорошо, — выдохнул я и, поднявшись, активировал диск, выполнив условия. Полупрозрачное двадцатисантиметровое лезвие врезалось в бетонную плиту, выбив из неё облако пыли и несколько острых кусков, тут же застрявших в щитах пилота и адъютанта. Василий тут же подошёл к дыре, вновь её измеряя.

— Ну, в прошлый раз было показательней, — заметил Погоняйло, с умным видом глядя на замеры.

— Было один к полутора, стало один к двум, невелика разница, — отмахнулся Строгонов, а затем с довольной улыбкой повернулся ко мне. — Поздравляю, ваше сиятельство. С этого момента мне вас в конструктах совершенно официально учить нечему. Наглядный переход в объёмно-силовой конструкт, по-простому Ядро.