— Так у меня уже есть подходящий юрист, — улыбнулся Рэм, сращивая швы комбинезона.

— Подходящий? — Дерен не сыграл, он действительно удивился.

Весь экипаж «Персефоны» знал, что Рэм люто ненавидит юристов. Одно дело, оказаться в вынужденном соседстве, и совсем другое — довериться незнакомому человеку этой профессии.

— Господин Ченич? — спросил Дерен с какой-то обречённостью.

— К вашим услугам, — откликнулся юрист, радуясь, что язык уже слушается.

Пилот кивнул:

— Я окажу вам всё необходимое содействие.

— Господин Дерен, — начал Ченич. — вы…

— Вальтер.

«Вы понимаете, Вальтер, — хотел сказать Ченич. — Вы же не пилот. Пилот — это совсем другая профессия. Вы — …»

Но сказал он иное.

— Вальтер, то, что Рэм — хороший пилот, вы и без меня знаете. Но знайте, что вы воспитали замечательного человека.

— Ну, в этом моей заслуги нет, — лейтенант дёрнул плечом, почти как Рэмка. Непонятно было, кто у кого перенял этот жест. — Я взял его уже таким, как есть. Переучивать было поздно.

— Но вы его взяли, — улыбнулся Ченич.

Дерен кивнул.

Лицо его оставалось непроницаемым: этакая аккуратная доброжелательность, но в глазах засветилось что-то неуловимо-живое, похожее на огонёк в ночи.

Взять шестнадцатилетнего мальчишку на боевой крейсер под свою ответственность? Да как он капитана уговорить сумел?

Дерен чуть прищурился, оценивая выражение лица собеседника и ответил на несказанное:

— Капитан был тогда в госпитале. И полномочия мне позволяли.

«Значит, он заместитель капитана по какой-то части, — смекнул Ченич. — И Рэмке всё-таки слегка повезло».

— Ему повезло больше чем слегка, — легко откликнулся Дерен. — Но это он вам сам расскажет, если захочет.

Ченич кивнул в своей манере, легонько покачивая головой. Дерен в своей — коротко и чётко.

— Я в курсе того, что происходило на корте, и защиту ему обеспечу, — пообещал юрист. — Это самое малое, что я могу для него сделать.

— Хорошо, — согласился Дерен. — Я свяжусь с вами по прибытии на Аскону по гражданскому каналу. Вы можете напомнить ему про медотсек?

Ченич пообещал, и Дерен обернулся к Рэму:

— Подарок в файле, — сообщил он, и голограмма свернулась.

Юрист выдохнул, ощущая, что у него подгибаются колени.

Если бы он не был уверен, что Дерен имперец и первый пилот спецоновского крейсера, он решил бы, что говорит с эрцогом.

Что ж, значит, и в Империи есть свои самородки. Может, и из Рэма при таком воспитании вырастет не просто пилот? Ведь будет же и мирное время, да?

Рэм плюхнулся в кресло рядом с Ули и развернул файл.

Это была даже не голограмма — просто небольшое видео. Каюта, забитая людьми в разной форме — от пилотов до техников. Они держали бокалы, чашки, кружки и беззвучно махали Рэму руками.