— Мне заплачено за первичный опрос и отчёт, — пояснил он. — И я должен рассмотреть все версии, даже самые нелепые. Скоро швартовка. Отчёт предъявят на Питайе и дадут нам с тобой долететь до Асконы.

— Ясно, — облегчённо кивнул Рэм. — Специфика, значит, такая. А то вот так начнёшь рассуждать, и сразу всё кажется подозрительным. Вот, например — карманы у Галкиного комбинезона. Они топырились так, словно в них пихали что-то объёмное. Прямо лезло в глаза, что торчат. Девчонки ж не любят ничего в карманы совать, а тут всё оттянуто, как у парня.

— Что, и тебе показалось, что прямо как-то сильно топырятся? — удивился юрист.

— Ага. Но вдруг у меня паранойя? Может, нам обороты сбавить с версиями? Всё, что мы реально можем предположить — кто-то пробрался на кухню и подменил баллончики с коньяком для десертов. Нам бы надо на всякий случай ходить да оглядываться, вдруг это нас отравить хотели?

— Ну вот в этом я не уверен, — покачал головой юрист.

— Почему? — удивился Рэм. — Это же самая простая версия.

— И в чём она? Слегка отравить и продержать в медотсеке до Асконы? А смысл? У охраны корта и без этого с десяток способов нас с тобой задержать. И опять же, ну вот подумай: лежу я, весь бледный, в медицинской палате. И всё равно только на Асконе меня можно куда-то перевезти. А до Асконы я и так долечу. Зачем такие хлопоты? И зачем неприятности с таможней Питайи?

— То есть вы — за несчастный случай, — подытожил Рэм.

— Я — за несчастную любовь, — с улыбкой возразил Ченич.

— То есть? — не понял Рэм.

— Думаю, у официанта есть девушка, — пояснил юрист. — Допустим, такая же нервная, как твоя Галка. Он ей даёт от ворот поворот, а она ему — подсовывает палёный баллончик, чтобы траванул клиентов и с треском вылетел со службы.

— А где она баллончик взяла?

— Не знаю, но я написал начальнику службы охраны. И попросил осмотреть баллончики — есть ли на них метки, повреждения.

— И что? — Рэм так и подскочил.

— Вот, смотри. — Юрист показал Рэму сообщение с логотипом службы охраны. — «Наши» баллончики довольно сильно отличаются от тех, что хранились в шкафу на кухне. Официант хорошо помнит, как открыл шкаф с баллончиками и поставил на поднос парочку крайних. А потом долго ждал, пока повар промаринует и запечёт груши. Баллончики всё это время стояли на подносе. Здесь их и могли подменить, учитывая общий беспорядок на кухне. Но подмена эта кустарная, грубая. Потому я и склоняюсь к версии с женской местью.

— А! — воскликнул Рэм. — Так вот почему вы сегодня утром в ресторан не побоялись идти! Я-то думал, буду вас уговаривать, что спецбраслет всё равно сработает! А вы — прямо-таки с аппетитом!..