Он подошёл к Ченичу.

— Я не уверен, что виброрежим возьмёт эту марку пластика, но попробовать надо.

Юрист молча кивнул, поворачиваясь спиной.

Теперь уже Рэм опустился на колени, так было удобнее. Он знал, где замок и начал пилить пластик с этого места, чтобы не поранить Ченичу руки.

Держать зудящий от вибрации тяжёлый нож было трудно, наручники вгрызались всё сильнее, но пластик понемножечку поддавался, и Рэм терпел.

Он резал наручники в самой широкой части, у запястья. Там, где предполагал наличие замка.

Когда ему уже казалось, что передавленные пальцы не удержат нож и разожмутся, наручники жалобно звякнули и развалились на половинки.

Замок оказался одинарным. Второе кольцо — тоже открылось. Пронесла Белая. Иначе второй раз Рэму пришлось бы держать нож зубами, а голова всё ещё болела и без лишней вибрации.

Ченич со стоном распрямил руки. Ему было больно даже то, что Рэму было никак.

Юрист растёр друг об друга запястья, потом стал тереть кисти, пальцы. Поднял голову на парня.

— А ты?

— Нож именной, — сказал Рэм. — Со спецбраслета я могу вам кинуть доступ на коммуникатор, и он вас послушается. Сообщение об этом должно уйти в контрольные органы, но связи всё равно нет. Да и какая уже разница?

— А резать как? — спросил юрист, разглядывая впившиеся в запястья Рэма наручники. — Я не смогу.

— Других вариантов нет, — отрезал Рэм. — Ты не бойся. Если поранишь, я даже боли сейчас не почувствую. Мне медик такую дозу обезболивающего вкатил — жуть. Я могу сесть и положить руки на стол. Так тебе будет легче.

Ченич взял нож, и он ожил, задёргался у него в руках.

— Как рыба, да? — спросил Рэм, усаживаясь и водружая скованные руки на обеденный столик. — Режь, не бойся. Совсем-то руку, поди, не отрежешь?

Он улыбался, но Ченич был совсем не уверен, что не отрежет.

— Это мне друг подарил, — сказал Рэм, кивая на нож. — Он десантник. Жуткая штука по убойности. Почти всё берёт, даже далтит.

Юрист наклонился, упёр локти в стол. Закашлялся от нервного напряжения.

Пластик так впился в запястья Рэма, что там не то, что зазора не было, даже наоборот, углубление.

— А где резать?

— Лучше вот тут.

Рэм вызвал с браслета тоненький луч лазерного фонарика и подсветил нужное место. И замолчал, понимая, что юристу нужно сосредоточиться.

Тот пощупал пластик, очень гладкий. Выключил виброрежим и осторожно прочертил лезвием несколько царапин в нужном месте.

Рэм не мешал.

Юрист примерился раз, другой, включил и выключил нож. Снова включил. Быстро коснулся намеченной точки. Ещё раз коснулся, уже уверенней. И начал пилить.