Мы продвигались мимо гостей, волей-неволей образовавших живой коридор, и ловили десятки шепотков. Кто-то приехал из соседних посёлков, и уж они-то были наслышаны, кто такой Грецкий… Кому-то я, наверное, ещё и денег должен, поэтому весть о том, кто я такой и в чём меня обвиняют, быстро пронеслась по залу.

Сплетня — дело такое. В сплетне ведь главное — рассказать её первым, чтобы поймать восхищённый взгляд и снисходительно так улыбнуться: «А ты не знал?» Сплетня летит по губам и ушам, не встречая сопротивления, и единственное оружие против этого — уверенность.

Поэтому до барона я шёл, гордо вздёрнув подбородок и мысленно благодаря Захара. Старый орк, как оказалось, был хорошо осведомлён о нынешней моде, и мой костюм оказался весьма неплох. Я ещё и уловил восхищённые взгляды нескольких молодых девушек. Орка и эльфийка, хихикая в ладошку, что-то обсуждали во моём облике, при этом густо покраснели, поймав мой озорной взгляд. А что, в свободное от службы время я был бы не прочь похихикать вместе с ними.

Здесь была пара гномов, которые сразу же мне кивнули, как старому знакомому. Но всё равно большинство взглядов были неприятными… Гадство, будто стою голым на приёме у консилиума врачей!

Но вот мы наконец дошли до барона.

— Ваше благородие, — сухо отчеканил воевода, чуть склонив голову перед бароном, потом кивнул и княжне, — Ваша милость.

— Платон… — прошипел вдруг Демиденко, — Ты кого привёл⁈

— Так княжна попросила, ваше благородие.

— Борис Павлович Грецкий, к вашим услугам, — нахально напомнил я и тоже склонил голову, — Ваше благородие, Иван Вячеславович! Ваша милость, княжна Дарья Никитична!

— Рада видеть вас на нашем балу, господин Грецкий. А мы как раз вас обсуждали, — сипло ответила Даша и, улыбнувшись, протянула мне пальцы для поцелуя. Орка тоже была очень взволнована, и едва могла взять себя в руки, отчего руны то и дело вспыхивали на её коже.

Лишь искушённый зритель мог понять, что вся эта галантность — самая настоящая драка, только избивали сейчас барона. Да-а-а, дворянские интриги — это не топорики волшбой метать. Тут выдержка нужна, и Ростовская только начинает свой путь по этой извилистой дорожке.

Барон Демиденко едва не затрясся от гнева, видя, как я коснулся губами руки княжны. Бурый, как ржавая рельса, орк еле дышал… Того и гляди, сейчас рявкнет: «Взять его!»

—Вырождается волшебный род, — проворчала Велена в отражении бокалов, стоящих на столике рядом, —Здесь же настоящих яродеев кот наплакал! Всё-таки, зря императрица Екатерина тогда указ о вольностях подписала… Свежая кровь яродеям нужна! Быть может, император Павел Алексеевич сможет воплотить свои замыслы и вдохнуть новую жизнь в яродейское племя?