Юшенг задрожал. Не ясно было — плачет или смеётся. Звуков он почти не издавал. Да и так ли уж важно угадывать? У подобных психов смех далеко не всегда означает, что им смешно. А слёзы отнюдь не гарантия того, что псих загрустил.
— Ты поддался, — еле расслышал я шёпот. — Ты мне — поддался, способный мальчик.
— Рад бы сказать, что — да, — спокойно ответил я. — Но удар с правой у тебя…
— Это не вопрос. — Юшенг опустил руки и посмотрел на меня налитыми кровью глазами. — Ты. Мне. Поддался. Если бы на твоём месте был кто-то другой, он уже был бы мёртв. Я выхожу на бой не для того, чтобы мне целовали задницу. Если я хочу, чтобы мне целовали задницу, я хожу в другие заведения. От тебя я не ожидал такого оскорбления.
Прокол. И серьёзный. Теперь, глядя на Юшенга вживую, а не через призму памяти, я вдруг отчётливо понял, что уж кто-кто, а он бы не стал таить на меня злобу за то, что я отделал его на глазах у сотен зрителей. Он бы расхохотался и позвал меня выпить. Или занялся бы онанизмом прямо на арене. А может, принялся бы ходить на руках. В конце-то концов, разве он не вспоминал со смехом, как я обварил его паром на том фармацевтическом заводе?
Нужно было срочно выходить из ситуации. Мощным прыжком, пробивая потолок и устремляясь к звёздам. Юшенгу нельзя давать никаких козырей, даже самых слабых. Безумие позволит ему безупречно разыграть любую карту.
— Я не избиваю психованых мудаков, Юшенг. — Я подошёл к столу и сел на диванчик напротив. — Я делаю им больно иначе. Надеюсь, тебе понравилось? Теперь все эти недотёпы-зрители уверены, что ты, как боец, дерьма не стоишь, тебе все поддаются от страха.
Секунду Юшенг таращил на меня алые глаза, как вампир из фильма ужасов, а потом захохотал так, что в крохотном помещении звук показался оглушительным.
— Самый способный мальчик из всех, что я видел, — простонал Юшенг и вдруг резко оборвал веселье. Глядя на меня доверительно, как на старого друга, пожаловался: — Голова болит.
— А ты сколько раз сегодня думал? — откликнулся я. — Больше трёх? Тогда не удивительно.
Юшенг выдавил бледное подобие улыбки, и я понял, что выстёбывать его хватит. Танцы на тонком льду, не больше одного пируэта на одном месте, иначе рискуешь провалиться.
Юшенг наполнил два фужера.
— За встречу, — произнёс он незамысловатый тост.
— За встречу, — ответил я.
Дракон принял вино благосклонно, значит, ни отравить, ни опоить чем-либо меня не пытаются. Отравы-то я не ждал, это было бы совсем странно и глупо. А вот что-нибудь типа клофелина — запросто.
И всё же я, прикрыв на мгновение глаза, задействовал технику Очищающий Свет. Пьянеть во время этого разговора мне точно не нужно.