— А-а-а, стратегия, — улыбнулся Маркус. — Стратегии я люблю.

*883-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и председателя совета квартала Вэй Та Ли, комната пыток*

— Что за блядский сюцай, а⁈ — проревел я в лицо кровососу, отзывающемся на имя Эдран. — Отвечай!

Фамилию он не заслужил, потому что происходит из числа кривозубых фермеров. Но это нисколько не помешало ему стать кровососом.

На физиономию он очень простой — судя по бровям, шатен, голубоглазый, как и многие бритты, зубки кривые, но с длинными клыками, если бы не дорогая одежда и благородная лысина, легко подумал бы, что из рабоче-крестьянской прослойки общества.

— Это колено! — ответил он. — Чем старше, тем меньше цифра!

Экспериментальным методом мы установили, что спа-процедуры одинаково хорошо работают и на людей, и на кровососов. Всё-таки, и те, и те, поганят наш нихрена не бесконечный воздух своим зловонным дыханием и удушающим пердежом.

А если они дышат кислородом, то его можно перекрыть. Или… частично перекрыть.

ЦРУшные методы работают, как уже неоднократно проверено, во всех мирах!

Ну и Маркус недавно вспомнил, что есть ещё несколько улётных штук — я послушал и понял, что фашисты-то, оказывается, дилетантишки пархатые из детсадовской группы «Ромашка».

Нет, я думаю, фашисты тоже такое применяли, пусть я и не посвящён в подробности.

Например, одну камеру мы переделали под ледник, в который помещаются самые несговорчивые. Мы, время от времени, наливаем сверху ледяную воду, чтобы жизнь мёдом не казалась.

Также Маркус вспомнил какой-то американский сериал, про героических американских разведчиков и вероломных террористических шпионов.

Это был просто крюк, вмонтированный в потолок — на него подвешивается допрашиваемое тело и просто висит так часами, пока не «запоёт».

Эдран «запел» на этапе спа-процедур с полотенчиком и водой, поэтому избежал холодной комнаты и висения на крюке.

А вот его дружбан оказался из крепких, никак не желает идти на контакт, поэтому сидит сейчас жопой на глыбе льда, прикованный к ней цепями. Как примёрзнет, мы отдерём его от неё, а затем посадим снова, отодранной жопой на новую глыбу льда, если не захочет говорить, конечно же.

У нас, так-то, просто дохуя времени и эти двое уже должны были это понятно…

— А ты какого колена, мразь⁈ — спросил я.

— Девятого! — проскулил Эдран.

Хотелось спросить что-то в духе «Каков твой генетический код?», но потом подумал и отказался от этого — он всё равно ничего не поймёт.

— А тот пидор, которого мы грохнули — он был пятого⁈ — спросил я.