Но эта структура работает, пока что. Зонг обрёл небывалый авторитет среди уличной шпаны, на него хотят работать, потому что он — это ходячее воплощение мечты почти любого уличного преступника. У него положение, у него ответственная работа, у него дохрена бабок, у него связи, с ним, подчёркнуто уважительно, за руку здороваются люди, которые год назад бы на него даже не посмотрели. Это головокружительная карьера, невероятный успех — и среди шпаны ходит версия, что всё это было достигнуто благодаря личным качествам Зонга. На самом деле, на его месте мог быть любой уличный подонок, но ему повезло — я выбрал именно его.
И пока он выполняет поручаемые ему задачи, я буду поддерживать это положение вещей неизменным. Но я всегда буду помнить, что он уголовник с поломанной на улице психикой.
Возможно, его ещё можно спасти — я буду пробовать, но особых надежд на это у меня нет.
Посмотрим.
Примечания:
1 — Тактика «выжженной земли» — запрещённый Женевской конвенцией метод ведения боевых действий, предусматривающий тотальное уничтожение инфраструктуры, продовольствия, топлива, сельского хозяйства, промышленности и всего остального, что может быть использовано противником себе на благо.
Глава двадцать пятая Папа Оскар Ромео Оскар Кило
*983-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и председателя совета квартала Вэй Та Ли*
— Ты кто и чего хочешь? — спросил я у представительного дядечки, стоящего на пороге.
Одет он в чёрное ханьфу, традиционную одежду ханьцев, ну, то есть, всех жителей Поднебесной. На вид ему лет пятьдесят, руки нежные — видно, что почти никогда в жизни не работал физически, а физиономия у него ухоженная настолько, что сразу начинаешь подозревать его в чём-то нетрадиционном.
— Я прибыл от людей, которые понимают бессмысленность конфликта, — произнёс этот дядечка.
— Говори прямо — чего хочешь? — нахмурил я брови. — У меня нет времени на загадки и охуительные истории.
— Я пришёл от кланов Хэянь и Чжуйгуан, — ответил дядечка. — Они хотят договориться с тобой и остановить кровопролитие.
— Кровопролитие у нас, ха-ха, одностороннее, — усмехнулся я. — И они не в силах его остановить.
— Мы хотим мирного исхода, — произнёс переговорщик. — К общему удовлетворению.
— Ну-ка, проходи, — отступил я в сторону.
Заходим на участок, и я веду парламентёра в беседку, на столе которой лежит горсть жареных семечек подсолнуха. Маркус семечки не понимает и не одобряет, а вот мы с Сарой любим вечерком сесть в беседке и пощёлкать.
— Как именно вы хотите со мной договориться? — спросил я.