В ящиках есть отверстия, чтобы внутрь попадал воздух, поэтому задохнуться в них не получится. Они предусмотрели всё.

Во тьме ящика время будто остановилось. Воспоминания возвращали его в светлое прошлое, он вспоминал лица жены и детей, переживая тяжёлую и душераздирающую скорбь.

Но хуже всего было осознание, что за них никто не отомстит. Армия вана не придёт, а сам Хаомин ничего поделать не сможет, потому что он слишком слаб. Он не смог защитить семью, а сейчас находится в ящике, в цепях — как он может отомстить?

Ящик снова загрузили в телегу, сверху нагрузили ещё, а затем она поехала. Это всё, что он мог узнать и понять изнутри.

Скрипя древесиной, эта конструкция ехала и ехала. Часами.

Но всё заканчивается, любой путь имеет конец, поэтому телега остановилась и началась очередная разгрузка.

— Вытаскивайте и ставьте передо мной, — распорядился какой-то вельможа в жёлтом шёлковом халате и с длинными волосами до плеч.

Он байгуй, но окружающих это не смущает.

Глаза у него будто как у нормального человека, но когда он чуть склонил голову, блеснул характерный багровый оттенок.

«Кровопийцы…» — с ненавистью подумал Хаомин. — «Император… Почему нас не защитила армия?»

Когда настал его черёд, он попытался сопротивляться, но ему дал кулаком в живот дюжий мужчина в одежде из чёрной кожи.

— Ещё раз дёрнешься — пожалеешь, что родился, — предупредил он.

«Уже жалею», — подумал Хаомин.

— Что тут у нас? — спросил байгуй-вельможа. — Зубы покажите.

Хаомину раскрыли рот и заставили разжать челюсть.

— Хм, здоровые, — кивнул вельможа. — Снимите с него одежду — она ему больше не понадобится.

Хаомина раздели и вельможа начал рассматривать его со всех сторон.

— Да, он здоров, — пришёл байгуй к выводу. — Это хороший товар, высший класс — голубую ленту ему.

Один из его подручных повязал на шею Хаомина голубую ленту.

— Следующего… — велел вельможа.

Хаомина же отвели к железным крестам — на многих из них уже закреплены люди, но были и пустые. Его прикрепили к свободному — справа от него была закреплена обнажённая рыжеволосая женщина из байгуев, с чёрной лентой на шее. На щеках её слёзы, а на теле синяки. Из промежности капает кровь.

«Эти животные не жалеют даже своих», — подумал Хаомин с ненавистью.

Он успел заметить, что ленты на шеях пленников разные — у кого-то красные, у кого-то чёрные, у кого-то зелёные, а у кого-то голубые, как у него. Это что-то значит — не может не значить.

И снова потекли часы. Солнце нещадно палило, хотелось пить, но Хаомин подавлял это желание. Если он не будет пить, то умрёт быстрее.