Это настоящая жопа и чтобы узнать, насколько она настоящая, мучительно умерло восемь лекарей-добровольцев, производивших вскрытие.

Также мы узнали, что передаётся эта зараза воздушно-капельным путём и через предметы обихода, грязные руки, заражённую воду, пищу и так далее. При этом, что удивительно, по утверждению Сары, это что-то вроде чумы, но лёгочная форма. Она не эксперт-медик, поэтому это лишь неуверенное предположение. Но это точно не вирус, а бактерия, пусть и совершенно ебанутая на нуклеоид.

Мор косит популяцию пригородов как траву газонокосилкой, уже умерли десятки тысяч, но у меня в квартале всё спокойно.

Сара сделала предположение, что зараза уже проникла в грунтовые воды и фильтры колодцев её не останавливают, поэтому я дал распоряжение завалить все имеющиеся колодцы камнями, а население поить исключительно из артезианских источников.

Ещё она говорит, что 4–6 часов инкубационного периода — это какой-то пиздец, который в дикой природе у бактерий не встречается. Это нелогично — бактериям выгоднее, чтобы человек оставался заразным и деятельным как можно дольше, но они каждый день играют в русскую рулетку со спонтанными мутациями, поэтому всякое может быть…

На основании этого она сделала смелое предположение, что это искусственная срань, которую кто-то умышленно наслал на нашу многострадальную Поднебесную и даже несколько символично, что эта дрянь тоже пришла с запада.

Естественно, блядь, все захотели найти крайнюю жопу, и эта жопа была выбрана на безальтернативных выборах — байгуи. А кто ж ещё⁈

Часть байгуев из Иностранного квартала мигом съебалось в мой квартал, потому что я — белый, а это значит, что не дам их в обиду. Хуй его знает, с чего это бритты решили, что мне на них не насрать, но пусть верят, во что захотят.

Я, так-то, дифференцирую людей не по цвету кожи, а по цвету… штанов, ха-ха-ха! Ку!

У меня в гардеробе есть голубые штаны, но я стараюсь не выделяться, поэтому ношу чёрные, как главарь контрабандистов из фильма «Кин-дза-дза!», а Маркус носит малиновые штаны, но он этот фильм не смотрел — ему просто нравится этот цвет.

«Расселение ебучих беженцев — ещё одна нерешённая проблема», — подумал я с раздражением. — «Куда их всех девать-то⁈»

В Байшань мигрировало около девяти тысяч байгуев, которых я расселил по опустевшим домам самых сообразительных горожан, которые собрали манатки и съебались на восток при первых же признаках приближения мора. Байгуям пришлось потесниться, потому что на всех жилищ не хватило, но они не ноют, потому что благодарны просто за крышу над головой.