— А этот Яозу — где он был в тот день? — спросил я.

— Не знаю, — пожал плечами Чао. — Возможно, в главном штабе клана.

— А ты знаешь, где находится этот главный штаб? — спросил я.

Надо было, блядь, брать «языков», сука!

Каждый блядский раз напарываюсь на одни и те же грабли — убиваю всех наглухо…

С другой стороны, так безопаснее — «языки» склонны орать, а это плохо сказывается на моих отношениях со стражей, которые не любят, когда беспредел творится прямо на её глазах.

Нужно что-то придумать с «языками».

«Ой, блядь…» — вспомнил я о семенах травы бледного сна. — «Всё, в следующий раз специально возьму достаточное количество пленных».

— Нет, — покачал головой Чао. — Меня держали в подвале, если ты не забыл.

— Ладно, хорошо, — вздохнул я. — Значит, буду ждать, пока они сами ко мне не придут…

— Ты должен знать, что у них есть сильные практики Ци, — предупредил меня варщик.

— Я надеюсь, что они тоже придут на наш праздник жизни, — усмехнулся я.

*799-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и столичного землевладельца Вэй Та Ли *

— На нас напали! — выкрикнул Маркус. — В спирали четверо лэймов!

Подрываюсь с кровати и хватаю княжий меч.

Выбегаю на улицу и вижу, что, действительно, четыре долбоёба запутались в нежных объятиях Бруно и с каждым отчаянным рывком осложняют свою жизнь всё сильнее и сильнее.

— Это все⁈ — спросил я у Маркуса.

Тот успел вооружиться своим боевым молотом и противопульным щитом.

— На улице кто-то ещё, — покачал он головой. — Из окна видел не меньше двадцати лэймов у наших ворот.

Прислушиваюсь — да, снаружи слышен топот десятков ног.

— Будем выкатывать и валить всех? — спросил Маркус.

— Нет, — покачал я головой. — Надо запустить их сюда и завалить тут. А то заебёмся потом улицу чистить.

— Верно, бро, — улыбнулся Маркус. — Тогда откроешь?

— Ага, — кивнул я и побежал к вратам.

Срываю засов и распахиваю врата настежь.

Бандиты, готовившиеся взламывать врата, посмотрели на меня с выражением неподдельного ахуя.

— Эй, гомосеки! — окликнул я их. — Насколько я знаю, Кудрявцев не давал разрешения на проведение гей-парадов! А ну съебались отсюда нахуй!

— Ты совершил самую большую ошибку, мудила, — зловеще улыбнулся голый по пояс мужик.

— Маркус, он сказал, что я совершил самую большую ошибку! — сообщил я Маркусу.

— Может, тогда лучшим вариантом будет извиниться и сдаться? — предложил тот.

— Эй, гомосеки! — повернулся я к бандитам. — Может, извинитесь и сдадитесь? Как смотрите?

— Давайте просто убьём их? — предложила какая-то баба в строгом чёрном платье.