На планете Земля граждан Федерации было двое: я и Алиса. Чувствующий становится им не зависимо от места рождения. Федерация будет его защищать, вплоть до присылки флота. Но пока эти функции взял на себя я.

После мартовских праздников мне позвонила Жанна.

— Надо поговорить, — сказала встревожено. — Беда.

Я пригласил ее к себе.

— Отец Али объявился, — сообщила Жанна. — Заявился к Марине на работу. Угрожал забрать девочку.

— Это как?

— Мол, подаст в суд, тот назначит генную экспертизу и установит отцовство.

— Зачем это ему?

— Деньги. Квартира, в которой живет Аля, принадлежала ее матери. Девочка — единственная наследница. Оформив отцовство, эта сволочь сможет ею распоряжаться.

— Пока Аля несовершеннолетняя ее невозможно продать. Исполком не разрешит.

— Зато ее можно сдавать. Увезти ребенка куда-нибудь в деревню, сдать старикам… — Жанна сжала кулаки. — К тому же девочке выплачивают пособие в связи с утратой кормильца. Небольшое, но для пьяницы это деньги.

— Он алкоголик?

— Похоже. К Марине явился с перегаром. Угрожал, требовал денег. Поможешь?

— Могла б и не спрашивать! — сказал я.

Меня охватила ярость. Мозг тоже кипел. Если бы этот пьяница попался под руку сейчас… Усилием воли я подавил чувства. Нельзя.

— Пойдем! — сказал я. — Встретим на улице.

…Мы заметили их издалека. Марина шла, сжимая руку девочку. Рядом тащился какой-то тип. Он что-то говорил Марине, размахивая руками. Та отворачивалась. Я поспешил навстречу. Нас заметили. Хмурое лицо Марины осветилось улыбкой.

— Иди к нам! — сказал я и сунул ей ключи от квартиры.

Она подхватила девочку и пошла к подъезду. Тип устремился следом, но я преградил ему путь.

— Вас я не приглашал.

— Ты чё? — он попытался меня обойти, но я вновь преградил ему дорогу.

— Марина с девочкой — мои гости. Вы не входите в их число.

— Борзый, да?

Он отступил и сжал кулаки. Несколько мгновений мы разглядывали друг друга. Передо мной стоял высокий и некогда красивый мужчина. Но теперь его лицо изуродовал алкоголь. Темная кожа, мешки под глазами, давняя щетина на щеках… А еще мятая, несвежая одежда, разбитые ботинки. И запах перегара изо рта.

Я сделал легкийпосыл . Он разжал кулаки.

— Все равно приду, — сказал зло. — Имею право. Девочка моя дочь.

— Раньше вас это не волновало.

— Не твое дело!

— Мое. Марина работает на меня. Я обязан оградить ее от приставаний. Увижу вас у ее квартиры, спущу с лестницы.

— Вызову милицию!

— Вызывайте! — согласился я. — Прямо сейчас. Ну?

Он насупился.

— Все равно суд признает меня отцом! — сказал, помедлив.

— Возможно, — кивнул я. — И назначит алименты.