Я осознал, что допустил системную ошибку. Мимикрию следовало усилить, а вербальные контакты — свести к минимуму. Настало время режима пассивного наблюдения за местными формами жизни и обучения повадкам аборигенов.

— Спасибо, я хорошо себя чувствую, — ответил я, стараясь максимально упростить ситуацию.

Мы зашли в соседний дом и спустились по крутой лестнице в подвал. Над дверью красовалась вывеска: «ТСЖ Родничок». Мы миновали узкий коридор и оказались в небольшом зале, хаотично заставленном разнокалиберными стульями.

Зал был полупустым. Впереди стоял стол, за которым расположился президиум. Лысоватый, суетливый мужичок постоянно поправлял очки и перекладывал бумаги. Рядом с ним, словно изваяние из серого гранита, сидела женщина в годах — с каменным выражением лица и пышной, неестественно высокой причёской. Третьим был мужчина лет тридцати в дорогом костюме. Он развалился на стуле и явно скучал.

— Проходите, проходите! — засуетился лысоватый мужичок, завидев нас. — Чего в дверях встали? Вы и так на пять минут опоздали, а у нас повестка плотная!

Память Ильи подсказала, что это председатель ТСЖ. Я молча проследовал к свободным стульям в заднем ряду и сел на один из них. Марина пристроилась рядом.

— Итак! — объявил председатель. — Больше никого не ждём, пора начинать.

— А почему в рабочее время-то? — раздался из третьего ряда недовольный голос пожилого мужчины в кепке. — У нас полдома ещё домой не приехали. Шлагбаум — это же серьёзно, надо всем решать…

— Шлагбаум подождёт! — торопливо перебил его председатель. — У нас… у нас потрясающие новости, граждане жильцы! Наш дом попал под программу реновации! Представляете, как нам повезло? Всё — прощай гнилые трубы, текущие крыши и искрящая проводка! Мы получим новое жильё!

— Какое ещё жильё? — подозрительно выкрикнула женщина с первого ряда. — Куда везти-то нас собрались? Мы здесь по сорок лет живём!

— А вот об этом нам подробно и квалифицированно расскажет Константин Дмитриевич! — председатель указал на скучающего мужчину в дорогом костюме.

Тот неспешно выпрямился, поправил запонку и обвёл зал взглядом. В его глазах я не увидел ни энтузиазма, ни особой заинтересованности. Он даже не потрудился встать. Лишь слегка кивнул и сказал:

— Добрый день! Рад с вами познакомиться, уважаемые члены ТСЖ «Реченька»!

— «Родничок», — шёпотом подсказал председатель.

— Да-да, «Родничок», — поправился хлыщ и продолжил обращение к жильцам: — Как вам уже успел сказать ваш уважаемый председатель, вам всем ужасно повезло!

И в ту же секунду прямо в воздухе перед моими глазами развернулась алая надпись, пульсирующая в ритме Ядра: