Константин Дмитриевич нахмурился.

— Это рабочие документы, они…

— Они — единственное законное основание для любых действий, — перебил я. — Без них вы не имеете права вести даже предварительные переговоры о компенсациях. А теперь о процедуре. На каком основании вы проводите здесь агитацию? Предъявите доверенность. Статья сто восемьдесят пятая Гражданского кодекса. У вас есть полномочия выступать от имени города в вопросах распоряжения имуществом граждан?

Я ждал ответа, а в это время кто-то легонько толкнул меня в спину и прошипел:

— Илюха, не умничай. А то ещё хуже сделаешь, выкинут на мороз и фамилии не спросят.

Я не удостоил советчика даже поворотом головы и продолжил:

— Далее кворум. Здесь присутствует едва ли треть жильцов. Согласно статье сорок пятой Жилищного кодекса, данное собрание неправомочно принимать решения. Вы пытаетесь собрать подписи под «предварительными согласиями», я это понимаю. Но я предупреждаю всех: не ведите никаких разговоров, не увидев официальных документов. И уж тем более — ничего не подписывайте и не пускайте никого в свои квартиры.

— Ну, мы же просто говорим… — предпринял жалкую попытку спасти положение председатель, вытирая вспотевшую лысину.

— Просто говорим об изъятии частной собственности? — уточнил я. — Если через минуту вы не предъявите документы, подтверждающие легитимность этого собрания и полномочия гостя, следующая наша встреча пройдёт в кабинете прокурора. Статья двести восемьдесят шестая Уголовного кодекса. Превышение должностных полномочий.

Константин Дмитриевич криво усмехнулся, меняя тактику.

— Послушайте, Илья… Мы же привыкли всё решать по-хорошему. Зачем эти крайности?

— Понятия «хорошо» или «плохо» — субъективные и размытые термины, — возразил я. — Для будущего застройщика «хорошо» — это выплатить минимальную компенсацию и выселить нас за неделю. Но для жильцов это «плохо».

— Но мы найдём компромисс…

— Нет. Компромиссы в таких делах всегда заканчиваются плохо. Опять же для жильцов. Поэтому ситуацию мы будем решать строго по Закону.

Константин Дмитриевич, видимо, не одного адвоката съел на завтрак. Он, не раздумывая, нанёс ответный удар, целясь в самый примитивный страх — страх нищеты.

— Город не обязан предоставлять вам жильё метр в метр, — жёстко произнёс он. — Город может просто выплатить выкупную стоимость. Мы закажем независимую экспертизу. И как вы думаете, во сколько оценят квадратный метр в вашем старом доме, официально стоящем в зоне сноса? Копейки. На эти деньги вы сейчас даже гараж на окраине не купите.

Зал ахнул. Мужчина в кепке выронил свой огрызок карандаша. Паника начала расползаться по рядам. Марина испуганно схватила меня за локоть.