— Кира, ты чего? — шепчет мне на ухо парень. — Из-за Матвея с Никой поругалась?

Брюнет молчит. Помогает своей бывшей встать и крепко держит ту за предплечье. На меня он не смотрит, но я понимаю, что ловит каждое слово.

Хмурый, мрачный, желваки на скулах играют. Серьезно?

Расстроен, потому что его подружка до меня толком не дотянулась?

Просыпается разочарование, и приливает волна нового негодования. Все, что было — притворство. Хотел свидание, писать мне — на самом деле врал? Он куда хуже, чем я о нем думала. Вернулся к Ахматовой?

Подозреваю, что лет через пять жениться на этой буйнопомешанной. Вполне возможно, что ее предки помогают Зарипову заключить вожделенный московский контракт.

Мне противно.

— Ни с кем она не ругалась, — подскакивает на помощь Аленка, — лучше держите свою бешеную в клетке или на анализы сдайте. Кира, пойдем, — она подхватывает мои вещи и предлагает идти сразу к выходу, минуя все раздевалки.

— Я провожу, — Антон продолжает любезничать. Забирает все из рук подруги и протягивает ладонь. — И довезу...

Мельком вижу себя в огромном зеркале, висящем в холле. Я сама вся красная, волосы всклокочены, словно я ведьма перед ритуалом. В глазах искрится.

— Не надо, — я отказываюсь. — Дойду сама.

И ковыляю подальше от этой толпы. Запоздало приходит мысль, что я окончательно опозорилась. Блин, из-за этой парочки мажоров опозорилась.

Данилова и Зарубин не отстают, молча идут за мной и переглядываются.

Постепенно стихают голоса, шум и грязные, обидные восклицания Вероники больше не доносятся до меня. Тихо, только Антон просит.

— Подожди, пожалуйста. Я быстро отгоню машину с парковки и заберу тебя.

— Я же сказала, не надо, — рычу на него.

— А я бы поехала, — осторожно вклинивается Алена. — Кир, ты себя видела? Ты в спортивной форме, вся мокрая и...

Она не договаривает. Ни одной девушке не понравится сравнение с побитой кошкой, или че она там еще напридумывала.

Уйти и забить на подругу и парня не получается. Зарубин предусмотрительно забрал мои вещи с собой, а в сумке мобильник, кошелек, проездной. В общем, без содержимого я далеко не уеду. А Алена-предательница ни в какую не соглашается вызвать для меня такси.

— Не оставайся одна. Антоха — парень замечательный. Вон, сам предлагает, а ты носом крутишь.

Аккурат перед нами останавливается его кроссовер. Он выходит и приоткрывает дверь, галантно подавая руку девушке. Данилова садится и глупо улыбается.

— Кир, устраивайся впереди. — Вздыхает баскетболист. — Я не кусаюсь и просто хочу помочь.

Закрывает за мной дверцу и возвращается на переднее сиденье. Пока его нет, Алена завистливо вздыхает.