— Антона, — наконец срывается с губ парня. — Но он прав, я уеду, а тебе учиться.

— Ммм, — мычу, — решил все за меня. По-моему, я не давала тебе повода считать себя слабой.

— Я так и не думал, — защищается он, поглаживает пальцами по позвонкам, словно их пересчитывает.

Мне приятно, есть желание замурлыкать, будто я кошка, лечь. Забыть про плохое самочувствие и дурацкий разговор, но...

Он важный. Я гордилась тем, что я самостоятельная. Мама обо мне столько не беспокоиться, сколько там напридумывал себе Зарипов.

— А как думал? Что меня затравит твоя бывшая подружка? Я не душа компании, Матвей. Я не умею тусоваться до утра и получать вечный кайф от вечеринок. Но я ни разу не давала себя в обиду. Нигде не смолчала. И в вопросах с Вероникой я не просила твоей защиты или покровительства.

— Она и ее подруги тебя накачали, — скептично смотрит на меня.

— Потому что я поверила сестре, понимаешь? — Обнимаю его за шею и не отвожу взгляд. — Впредь ничего такого у них не получится. В этом твоя помощь мне не нужна.

— А в чем нужна, Кир? — его бровь издевательски взмывает вверх.

Умеет он подводить все беседы в к одной точке. Очень страстной, пульсирующей и заводной. Меня огнем опаляет. Мышцы внутри сводит от напряжения.

Осознаю, что мы оба этого хотим, что думаем об одном и том же, но...

— Детка, позволь мне хотя бы один раз почувствовать себя джентльменом. Ты же не против свидания?

Вопрос разрывает на части.

Свидания?

Я против. Кажется, что я уже все узнала в нем. И информация не то что нравится, меня все в нем заводит.

Вслух, естественно, этого не говорю.

— О чем ты?

— Твой телефон все утро трезвонит. Тебя обыскались родители, а Алена достала Руслана, и тот позвонил мне, — устало произносит Зарипов. — Давай позавтракаем, я отвезу тебя домой, а вечером заберу. Согласна?

Мысли у меня иные, но я послушно киваю.

Потом мы завтракаем, говорим на другие темы, я несу какую-то чушь про универ и прочее, понимаю, что избегаю обсуждать вечер.

Снедает любопытство, но и сюрприз хочется испытать. Матвей отвозит меня к себе, доводит до подъезда.

— Не грусти, — убирает налипшие на лицо пряди, — держи телефон поближе.

— И как мне одеться? — я кокетничаю.

Парень прищуривается.

— Тепло и удобно.

Проглатываю интригу, прощаюсь, вновь почувствовав его поцелуй на своих губах, и прячусь в подъезде. Сердце стучит как двигатель болида. Я в предвкушении, но прежде чем сорваться во все тяжкие, меня ждет нелегкая беседа с мамой.

Она дома, немного заплаканная, бледная и уставшая.

— Кира, девочка моя, — бросается мне на шею. — Какой кошмар. Как ты себя чувствуешь?