Глава 20. Часть 5
Подумалось, что это кошмар наяву. А еще, что никакая Клодия не справится с такой махиной. Не зверь. Зверюга! Порвет половину присутствующих в клочья, если захочет. Как минимум, половину. И виновата будет она — Кэтрин. Та, кто затеял веселье.Однако секунды бежали, и ничего не происходило. Барс продолжал стоять в дверях, глядя на Кэтрин. Только на нее одну. Казалось, больше никого не осталось в зале. Слуги и дети лорда перестали дышать. И не шевелились. Не смели. А Клодия ничего не предпринимала. Ждала. Чего? Кэтрин не знала. Она не смотрела на ларию. Не хватало духа перестать глядеть в глаза зверю.Наконец, он заговорил. Глухим голосом. Старческим.— Играй дальше.— Что? — пролепетала Кэтрин, решив, что ослышалась.— Играй, — повторил он. — А остальные пусть поют. Давно я не слышал песен.Дворецкий замахал Кэтрин. Мол, не сидите без дела, леди. Выполняйте требование. Его жена приготовилась дирижировать хором. Делала она это не профессионально. Но кому-то следовало управлять процессом, чтобы слуги не сбивались со страху. Пальцы Кэтрин снова коснулись клавиш. Она опасалась, что и сама запросто наделает ошибок. Однако пальцы знали своё дело. Умело извлекали ноту за нотой из белого рояля. Песня поначалу получилась хуже, чем раньше. Голоса звучали в разнобой. Кто-то еще и пел басом с перепугу. Но постепенно все немного успокоились и перестали путаться. Барс же, дождавшись этого момента, прошел к камину и лег на ковер. Можно сказать, развалился. Его устраивало происходящее. Полностью.…Они развлекали зверя почти три часа. У Кэтрин устали руки с непривычки. Так долго за роялем она не сидела давно. Некоторые певцы начали слегка хрипеть от усилий. Наверняка, наутро кое-кто и вовсе не сможет разговаривать. Но никто не замолкал, раз так хотел зверь. С ним шутки плохи. Наконец, тот счел, что удовлетворен. Поднялся и побрел из зала. Но остановился на пороге. Обернулся.— Хорошо попели, — изрек всё тем же дребезжащим голосом. — Надо будет как-нибудь повторить…Он удалился, покачиваясь, и Кэтрин прекратила играть. Вытерла пот со лба. А певцы сели прямо на пол.— Кажется, всем стоит подкрепиться, — протянул Себастьен.— Хорошая идея, — поддержала мальчика Виттория. — Внизу еще много еды. Идемте-идемте. Сегодня же праздничная ночь. Ни к чему унывать. У нас всё замечательно.Трапеза закончилась в пятом часу утра, когда Айрис, устав от шумной ночи, заснула прямо за столом. Остальных в буквальном смысле пришлось разгонять. Народ так вошел во вкус, устав от однообразия жизни в Снежном логове,