Не удержался, «загнал шпильку» за неуместную шутку с «назначением». А тут еще хуже — нельзя требовать от генералов, командующих армиями и фронтами невозможного. Особенно когда у самого руководства началось «головокружение от успехов». Но председатель ГКО после короткой паузы нашел и привел доступный на его взгляд аргумент:
— Армии генерала Жукова продвинулись вперед на двести километров, а 22-я армия на триста, овладев Великими Луками…
— От Ленинграда до Таллинна четыреста километров, и мы прошли их намного быстрее, чем другие фронты, причинив неприятелю огромные потери, и потеряв намного меньше бойцов. А от Волхова до Моонзунда более пятисот километров. Тут как считать, товарищ Сталин, а если посмотреть на карту, то мы освободили территории, как бы не побольше, чем войска генералов Конева и Жукова. Возможно, следует добавить Приладожскую Карелию, где линия фронта отодвинута на очень значительное расстояние, местами к линии государственной границы.
— Вы правы, товарищ Кулик, тут все заключается в умении правильно считать, а вы у нас артиллерист.
В трубке послышалось хмыканье, и тут Григорий Иванович решил, что настал удобный момент, который во многом может помочь.
— Товарищ Сталин, 42-я армия ведет ликвидацию фактически окруженной под Кингисеппом группировки 38-го армейского корпуса немцев. Чтобы не дать противнику прорваться на юг вдоль восточного побережья Чудского озера мы этой ночью снова выбрасываем парашютный десант от Сланцев до Гдова. Командарму-8 приказано как можно быстрее занимать Эстонию до линии Тарту — Вильянди — Пярну. За последний город ведут ожесточенные бои моонзундцы генерала Елисеева. Туда я начинаю переброску обоих мехкорпусов — нужно захватить наиболее выгодные позиции, совершить перегруппировку, и тогда в марте мы снова начнем наступление с самыми решительными целями. Считаю, что в марте, если позволит холодная погода, следует нанести удар из Эстонии на Псков, захватив его ударом с запада. Думаю, для противника такое большой станет неожиданностью. А к этому времени должны освободиться войска, что заняты окруженными группировками. А все наши армии уже будут пополнены и готовы.
— К этому наступлению вы получите резервы Ставки, товарищ Кулик — дам две или три танковые бригады и еще по сотне «тридцатьчетверок» и «шестидесяток». Проработайте с маршалом Шапошниковым план операции — нам она видится интересной…
Выброска парашютистов зимой из ЛИ-2 отличалась сложностью — проводилась исключительно ночами из-за действий вражеских истребителей, зачастую сама видимость была ограничена, а потому десантирование проводилось на огромной территории. Потери были огромными, тех не менее на них приходилось идти — зимой 1942 года прибегали ко всевозможным способам, потому что главного инструмента для наступления в виде танковых армий и корпусов еще не воссоздали. Мехкорпуса расформировали, а когда поняли какую ошибку допустили, время было упущено. Пришлось преследовать неприятеля кавалерией, лыжниками и парашютистами — все же те имели возможность быть быстро доставленными в нужную точку…