Кулику было тяжело говорить со Сталиным, тот постоянно делал характерные паузы и задавал неожиданные вопросы, причем крайне въедливо и дотошно. Артиллерию председатель ГКО хорошо знал, и что представляют собой заводы, тоже. Именно потеря 353-го в Новочеркасске, которыйтогда не успели эвакуировать, и поставила крест на 107 мм пушках. А так оба орудия хороши, зря их сняли с производства, а потом пришлось мучительно начать выпуск 152 мм гаубицы Д-1, на замену М-10 — на новом лафете она весила на полтонны меньше. Да и переделку 107 мм пушки Петров затеял тоже — на том же лафете от М-30. Орудие вышло легким, всего две тонны семь центнеров, вот только оказалось не нужным — заготовленные стволы пустили в переплавку за ненадобностью, а в качестве противотанковой пушки создали 100 мм БС-3, которая как «дырокол» всяких «тигриных шкур» подходила куда лучше. Но корпусная пушка была необходима — 107 мм была аналогом германской 105 мм, только намного легче. А потому ее можно было быстро переместить к любому участку корпуса за считанные часы, а то вообще уложится за полчаса при нормальных тягачах, что могли буксировать ее со скоростью в двадцать километров в час. А вот с семи тонными системами такое было невозможно — трактор их тянул медленней идущего рядом человека. Так что идеальные орудия — три дивизии корпуса занимают полосу общей протяженностью в тридцать верст, и 107 мм пушка может перекрыть все участки, у нее максимальная дальность стрельбы 18 километров. Просто передвинуть батарею на семь-восемь километров в сторону от центра — и стреляй. Да и сам снаряд обладал достаточной пробивной способностью — «пантеру» в лоб не брал, но вот другим панцерам вермахта пришлось бы «несладко» — тут ни одна «нашлепка» не спасет. Да и гаубицы обладали дальностью стрельбы чуть больше 12 километров, чуть меньше километра в сравнении с куда более тяжелой, на полторы тонны, германской 150 мм гаубицей. Так что у немцев превосходства в корпусной артиллерии не будет ни по качеству, ни по количеству, зато еще есть артбригады РВГК, которым противнику мало что найдется противопоставить — там банально количественный перевес, причем значительный, на стороне русской тяжелой артиллерии.
— Хорошо, товарищ Кулик, я вас понял. Думаю, вашим бывшим подчиненным по ГАУ следует указать на их нерасторопность. Теперь вы имеете на это полное право — как маршал и главнокомандующий войсками северо-западного направления, вы являетесь членом Ставки Верховного Главнокомандования, но с пребыванием в Ленинграде. Вы тут приносите большую пользу, товарищ Кулик, и проявляете несвойственную вам энергию. Хорошо, работайте дальше. А теперь позовите к аппарату товарища Жданова.