Качественное превосходство в калибре орудий имело и серьезный количественный перевес по числу стволов крупного калибра свыше ста миллиметров. А за счет 120 мм полковых минометов эта разница увеличивалась многократно. У них хоть и небольшая дальность стрельбы, но на пять километров вглубь неприятельских позиций пудовые по весу мины могут все перепахать, а при прямом попадании в окоп убийственны. У немцев в полках таких нет, только пара 150 мм пехотных орудий, так что позиции «расковыряют» быстро — при двух сотнях стволов на километр прорыва о наличии живого противника на всю глубину действенного огня уже можно не спрашивать, особенно когда по тем проходит «огневой вал».
Численный перевес на участках прорыва по пехоте создали тройной, а кое-где на один германский полк выставили пару дивизий, при поддержке тяжелых артиллерийских дивизионов. Благо в Карелии наступило полное затишье — финны активности не демонстрировали, отойдя к старой границе, за которую, однако, уцепились крепко. Впрочем, зима в тех краях и в Заполярье препятствует любым наступлениям, а у противника прошла частичная демобилизация — полки стали меньше на один батальон, который распустили по домам. Нужно же кому-то работать, Финляндия имеет населения меньше трех миллионов, а летом и так провели тотальный призыв. Так что надо было использовать из состава трех армий все лучшее, что можно было оттуда вытащить, в основном переведя все стрелковые полки 7-й и 14-й армий на штат из двух батальонов, собрав в третьи лучший элемент, отобрав практически всех, кто умел не только ходить на лыжах, но воевать на них.
— Да, Григорий Иванович, то, что было в сентябре по сравнению с этим апокалипсисом не сравнить.
— Все знают куда стрелять, Андрей Александрович, давно составлены карточки, на которые постоянно вносятся изменения. Каждый командир дивизии знает, где у противника огневые средства и пулеметные позиции, вот их сейчас подавляют. Тяжелая артиллерия разносит цели в глубине, а когда пехота пойдет в наступление, будет поставлен «огневой вал». Если прорвем вражеский фронт сегодня, завтра поддержка артиллерии значительно сократится — флот с береговыми батареями уже не «достанет». Но это уже не важно — в маневренной войне немцам нынешней зимой придется намного хуже, чем нам. Подсчет простой — у них одна дивизия на три наших, и танков мало до крайности. Если сейчас не воспользуемся, потом нам второго шанса не дадут — совсем иная подготовка будет к зиме.
Кулик замолчал, продолжая рассматривать «вскипающие» от разрывов позиции. Григорий Иванович нисколько не сомневался, что прорыв состоится — все дело в том, что немцы десятью дивизиями могли держать плотное кольцо блокады вокруг изможденного голодом города, но сейчас такое невозможно ни физически, ни технически. Ведь живы десятки тысяч красноармейцев, что должны были погибнуть в безнадежных попытках прорыва или умереть от истощения, да просто опухнуть с голода и потерять все силы. Но теперь они все живы и здоровы, и главное полны решимости отбросить немцев от Ленинграда как можно дальше.