— Полночь, пройдись по окружающим домам. Не думаю, что там что-нибудь найдем, но вдруг тут остался кто-нибудь, может кто-то наблюдает. — Тихо попросил я, и моя тень молча заскользила вперед, словно змея из теней. Быстро словно ртуть.

Франко лишь пучил глаза, следя за струйкой из тьмы, как она скользит по камням. Пути отхода тоже ничего не дали, уходили они в спешке, но грамотно. Явно продумали свой отход. Пройдя несколько палаццо насквозь. В соседнем палаццо охрана тоже увидела нарушителей, но в бой они не вступали. А в следующем и вовсе проспала, всполошившись лишь на тревожный колокол соседей. Район был зажиточный и чужих тут отродясь не бывало. После их след потеряли. И пока Франко расспрашивал соседей о происшествии, Полночь облазила все окрестные дома. Никого и ничего подозрительного не было. Кто это мог быть непонятно, но в одном был охранник прав. Пришли точно по мою душу. А в конце охранник мне сказал, чтобы я тут больше не появлялся. И открыто сказал, что они уже отправили весть всем, кто зарабатывает на хлеб тем, что охотиться на людей.

Сам великий ястреб пустыни и гроза морей. Повелитель южного ветра, мудрейший и справедливейший отец нации. Аббас Гуэро. Рожденный солнцем и небом. Воспитанный ветром и морем. И еще с десяток не менее громких, но еще более бессмысленных титулов. Какими любят себя нарекать все правители юга. Узнав, что человек, которого он послал служить его дочери и защищать ее был убит. А его возлюбленная и дражайшая дочь стала жертвой подлого нападения, в результате которого она была изувечена. Он впал в великую ярость, грозя всеми карами, какие видело небо, любым, кто хоть как-то причастен к этому злодеянию. Но в еще большую ярость он впал, когда он узнал. Что воспользовавшись ее подавленным состоянием и втеревшись к ней в доверие. Какой-то грязный червь обесчестил его дочь. И тем самым нанес самое страшное оскорбление, которое вообще возможно нанести роду Гуэро. А вместе с ним и каждому, в ком течет южная кровь. Он предельно ясно донес свою волю с соколом, что прилетел сутки назад. Как раз на следующий день после нападения вампиров. Что любой, кто заполучит меня живьем и доставит к нему. Сможет рассчитывать на награду в десять тысяч золотых монет и две тысячи, если доставят только голову. А так же эти люди смогут рассчитывать на особые торговые преференции с Золотой Маркой.

Со времени, как я попал сюда, почти все неприятности со мной случались против моей воли. И я практически ни на что не мог повлиять. Но сейчас, эта проблема была целиком и полностью из-за меня. Я прекрасно знал, к чему приведет связь с дочерью правителя. Даже тогда я чувствовал, что это принесет мне лишь огромную кучу проблем. Но не смог устоять перед соблазном. Алисия была потрясающе красивой и умной, с ней можно было поговорить обо всем. И она знала, кто я, и все равно хотела быть рядом, именно это меня и подкупило. А никак не ее наследство. Я захотел быть с ней, захотел быть любимым и нужным, хотя и знал, что будут проблемы. Теперь вот получи распишись, и не жалуйся. Награда в десять тысяч золотых предостаточная, чтобы по мою душу отправились сомнительные личности всех мастей со всего континента. И моя бывшая семья, ночная гильдия, первые в этом списке. Я сам прекрасно знал, что там в первую очередь важны именно деньги, а кто цель не имеет значения, при должной сумме члены совета гильдии продадут и мать родную. А эта сумма в несколько раз больше, чем сулил Алберто, и даже тогда, каждые два месяца приезжали новые ловцы удачи. Это была огромная сумма, на эти деньги можно было купить огромный дом в Фоиридже и жить несколько лет припеваючи, или посредственный манор где-нибудь на границе королевства. Это была мечта многих людей. И такая сумма точно соблазнила бы любого наемного убийцу. Впрочем, у меня хватало знакомых, которые с радостью прикончили бы меня и бесплатно, из любви к искусству так сказать. А особые торговые преференции слишком лакомая цель, чтобы эти условия гильдия проигнорировала, к тому же это будет очень интересно магам и даже главам больших родов. И теперь я понимал, что до этого мои разборки с Алберто были лишь детские развлечения. Но в данный момент я был свободен. А когда ты спасаешься от преследования, каждый день для тебя — целая жизнь. Каждая минута свободы — это отдельная история со счастливым концом.