Я бы тоже так поступил, если бы я не был самозванцем, а глава рода был выдуман пару часов назад. Но сказал я ему другое:

— Возможно ты прав. И так действительно стоит поступить. Но сейчас я даже не знаю, где он. Я могу лишь послать весть, и ждать ответа. Убийц и охотников за головами оставим пока на потом, как-нибудь я с ними справлюсь. Но сначала я должен найти свою книгу, а так же ублюдков, что стащили ее. Но сначала нужно найти Марику.

— Марика. Проклятье, — выругался он, — я совсем забыл про нее. Ведь она на клятве крови. А если умрет она…

— То умру и я. Да. А еще нужно предупредить Кассиана.

— А Кассиан то причем тут. — Не понял он.

— Марика представлялась как Марика Брай. И если убийцы нанятые отцом Алисии буду искать меня, то…

— Буду искать тебя и у них в семье в том числе. — закончил он за меня. — Он тебя точно убьет.

— Сейчас это меньшая из проблем. Мне нужна хоть какая-нибудь одежда и немного денег для начала. Сможешь одолжить?

— Конечно, мог бы и не спрашивать. Что-то еще?

Что нужно человеку, на которого открыли охоту? Я жил на улицах, и был готов ко всему. Пара прочных и мягких сапог, удобная одежда, чистая рубашка, добротный кожаный плащ с внутренними карманами и капюшоном, в который можно будет завернутся в прохладную ночь, да кинжал за поясом. Это все что мне нужно было. Когда надо мужчины умеют забывать о несущественном. Лучше всего это удается мужчинам, движимым чувством долга. Я не был движим долгом. Но сполна понимал это чувство.

— Нет, это все что мне нужно.

Подумав, он начал снимать с себя свой расшитый камзол.

— Франко, меня иногда поражает твой ход мыслей.

— Что не так? Тебе же нужна одежда.

— Я собираюсь затеряться в толпе, как думаешь, у меня получиться это сделать в расшитом золотыми нитками камзоле на голое тело, на котором высохшая кровь. В столице королевств, где на каждом углу разъярённые гвардейцы убитого короля.

— А как тогда быть? поехали поищем магазин.

— Не надо никакого магазина. Я у твоего кучера видел плащ с капюшоном. Он подойдет.

Он остановил карету, и позвал ничего не понимающего кучера. Франко заставил его снять еще рубашку. Споров знаки семьи де Конте, я напялил на себя чужую рубашку и закутался в чужой плащ. Одежда была не по размеру и болталась на мне как на вешалке. Но этого было вполне достаточно на первое время. И кроме того, он отдал все деньги, какие были у него с собой, не много, но лучше, чем ничего.

— Как думаешь, кто это был? — Спросил он, — Это ведь произошло до объявленной за твою голову награды. А значит, кто-то уже хочет тебя отправить на суд богов. И даже нашел тебя и начал действовать.