Она скинула рюкзак на землю и лихорадочно начала в нём копаться.

Захар упал на колени, его лицо искажали гримасы — гнев, обида, отчаяние сменяли друг друга, как в калейдоскопе. Он стал издавать нечленораздельные звуки, похожие то ли на рычание, то ли на всхлипы.

Облако резко выросло ещё сильнее и теперь оно нависало над нами всеми. Щупальца шевелились, как живые, и тянулись к Захару, оплетали его всё сильнее.

— Не могу найти! — воскликнула Виола, выкидывая из рюкзака какой-то свёрток. — Где этот чертов стимулятор⁈

Я чувствовал, как внутри закипает злость на Захара, на Виолу и на это чёрное облако. Иррациональная ярость накрыла меня волной и мне захотелось врезать кому-нибудь и разнести всё к чертям.

Стоп!

Я мотнул головой, прогоняя наваждение. Хрен тебе, а не моё сознание! Надо спасать Захара! Но как⁈

Я шагнул к нему, схватил его за грудки и рывком поднял с колен.

— Смотри на меня! — заорал я ему прямо в лицо. — Смотри в глаза!

Он дёрнулся, попытался отвернуться, но я держал крепко.

— Смотри на меня, я сказал!

Его бешеные, абсолютно невменяемые глаза на секунду сфокусировались на мне и я сразу же нырнул в него своим астральным полем, накрывая его эмоции, как одеялом. И меня тут же затопило чувствами Захара: ярость, обида, отчаяние хлынули в меня, заполняя до краёв. Руки сами сжались в кулаки и мне захотелось ударить его. Сильно, чтобы выбить из него всю дурь навсегда.

Нет!

Я заставил себя глубоко дышать и вспомнил берег реки из детства, который был якорем для моего входа в особое состояние спокойствия. Как всегда оно сработало безотказно — не зря с помощью аутотренинга я годами учился вызывать в себе больше двух десятков нужных мне чувств всего по одному якорному воспоминанию. И вот сейчас мне нужно охватившее меня состояние спокойствия передать Захару.

— Ты спокоен, — сказал я, глядя Захару в глаза. — Слышишь? Ты абсолютно спокоен.

Он дёрнулся, пытаясь вырваться, а я ещё сильнее погрузился в спокойное состояние, напитывая своё астральное тело, которое распространялось теперь и на Захара.

— Ты спокоен, — повторил я, встряхивая его ещё раз. — Дыши ровно. Смотри на меня и дыши.

Его астральное поле дрожало, как натянутая струна, а я продолжал давить своим.

Сзади подлетела Виола с коротким шприцем в руке.

— Отойди! — крикнула она, целясь шприцем Захару в ногу. — Я сейчас вколю, он вырубится на пару часов, а там разберёмся!

— Стой! — рявкнул я. — Не надо, он справляется!

Виола вздрогнула и отступила, но шприц не убрала. Эмоциональное поле Захара всё ещё штормило, но уже не так сильно.