— Дальше втроём понесёте рюкзаки, — сказала она, сверкая глазами. — Время — половина пятого, темнеет в восемь. Нам нужно успеть засветло, — Виола подошла ко мне, протягивая руку. — Моё оружие вернуть.
Ну нет. Так не пойдёт. Я посмотрел на неё сверху вниз, чуть склонив голову. Привыкла, видимо, что перед ней мужики тают и в глаза заглядывают, пытаясь угодить. Сейчас будет сюрприз.
— Вопросы буду я задавать, а отвечать будешь ты, — сказал я спокойно. — И только после этого я решу, кто куда идет, что несёт и у кого какое оружие будет. Это понятно?
В глазах мелькнуло что-то — неуверенность? Нет, скорее переоценка ситуации. В это время открылась дверь кабины.
— Виола, это самое, — затараторил водила, высовываясь из кабины, — мне-то что делать?
— Сиди в машине пока и жди нас, — бросила она, даже не глянув в его сторону. — Если затемно не вернёмся, то езжай обратно на рудник и там скажешь, что нас твари разорвали.
Водила побелел, часто закивал и исчез в кабине, захлопнув дверцу.
— Мне нужен честный ответ, — продолжил я, пристально глядя на Виолу, — нечестный я почувствую. Отвечай: зачем я тебе понадобился?
Глава 6 Вепрь
Леха Шульга, он же Вепрь, сидел за столом своего кабинета на втором этаже старого купеческого особняка в Галиче и сжимал в руке гранёный стакан. Коренастый, с грубыми чертами лица и холодными глазами, он больше походил на забритого уголовника, чем на хозяина половины чёрного рынка Периметра. За окном солнце катилось к горизонту, в камине потрескивали дрова, но внутри у него всё кипело.
Твою мать. Твою же мать!
Он только что выслушал доклад своего помощника, Косого. Тот стоял перед ним, переминаясь с ноги на ногу, и явно надеялся, что начальник не прибьёт его прямо сейчас.
— Значит, так, — процедил Вепрь сквозь зубы с таким раздражением, что Косой побледнел. — Ты хочешь сказать, что наши люди на трёх машинах, упустили бабу с тремя зэками?
— Так они деревьями дорогу завалили, — залепетал Косой, пятясь к двери. — Серый сказал, что эти психованные ромовиками берёзы жгли, как дрова. А сосну такую рухнули — мама не горюй. Наши две тачки в поле завязли, третья вообще не сунулась. А пока они…
— Заткнись, — резко оборвал его Вепрь и Косой вжал голову в плечи.
Он поставил стакан на стол, поднялся из-за стола и подошёл к окну. Вечерний Галич жил своей жизнью — внизу проехала пара автомобилей, залаяла собака, какая-то баба зазывала детей с улицы.
Борисов сработал чётко — сообщил, что Егорова выезжает с рудника, прихватив молодого Макарова и пару зэков. Вепрь сразу понял: это шанс. Девка три месяца от него бегала, как заяц от волка. Ещё с тех пор, как его люди размотали таки-то ниточки и выяснили, что это она, сучка, его брата завалила в Ирии. Брата, который был с ним с детства, с улицы, с первых разборок.