Да, без Виолы здесь придётся туго. Выхода из Ирии я не знаю, троп — тоже. И что будет, когда кончится заряд в этой коробочке на поясе? Сдохнет — и я просто свихнусь под здешним фоном?

А я не привык зависеть от кого-то. Тем более — от куска пластика с непонятной начинкой. Я покосился на Виолу. Она возилась со своим рюкзаком, Захар вообще сидел ко мне спиной, разглядывая окрестности.

— Виола, — произнёс я. — А в чём разница между стабилизатором и этим камнем, что ты дала мне?

— Стабилизатор работает на ромии, гасит внешнее воздействие Ирии на твои поля. В общем, он работает как фильтр или губка, — просветила меня Виола. — Без него ты быстро свихнёшься от здешнего фона.

Она сунула руку в карман куртки и достала оттуда такой же камень, как у меня и Захара.

— А гармонизатор — это камень, природный артефакт. Его в Ирии находят, в особых местах. Он не гасит внешнее, он синхронизирует внутреннее: твои эфирное, астральное и ментальное тела в Ирии постоянно норовят разойтись врозь. Эфир начинает течь слишком быстро, эмоции — кипеть, а мысли — разбегаться. Гармонизатор держит их в связке, чтобы ты оставался целым. Без него даже сильный маг может рассыпаться за пару часов.

— А где такие камни можно взять? — спросил я.

Виола кивнула в сторону гор.

— В скалах пещеры есть. Если в них подальше зайти, то можно их там найти. Но это риск — в пещерах тоже своя жизнь водится.

Пещеры в горах, хорошо. Будет куда сходить, когда освоюсь — вещь ценная.

Так, значит, коробочка гасит внешнее, а камень держит внутреннее. Одно без другого — половинчатое решение. Но я не привык полагаться на половинчатые решения — надо натренироваться обходиться без них. Прямо сейчас и начнём.

Не колеблясь, я нажал кнопку отключения стабилизатора и фиолетовые полоски с зелёным экраном тут же погасли.

И сразу на меня навалился, как мне показалось, сразу весь мир Ирии.

Сначала просто стало тяжело дышать. Воздух, который раньше казался просто плотным, теперь давил на грудь, как водяная толща. Каждый вдох требовал усилия, каждый выдох — контроля.

Я заставил себя дышать ровно. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Не поддаваться.

Потом поплыли звуки. Птичий перезвон, который я слышал краем уха, теперь бил по ушам, растягивался, множился эхом. Где-то справа затрещала ветка — я дёрнулся, но там никого не было. Шаги рядом? Тоже нет, показалось.

Я сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Боль отрезвляла. Я здесь. Я в своём теле. Это просто давление.

Но давление не отпускало. Наоборот — становилось сильнее.

Края зрения начали подёргиваться фиолетовой дымкой. Я моргнул — дымка осталась. Ещё раз — стала гуще. Теперь всё, что я видел краем глаза, будто вибрировало, пульсировало в такт сердцебиению.