Но у нас были геоманты и отчаянная решимость застать врага врасплох. Мы с Василисой могли создать временные выступы в скале. Верёвки и крюки сделают остальное. Тяжело? Чертовски. Опасно? Смертельно. Но лучше лезть по отвесной стене, чем идти под пулемёты по единственной дороге.
Наша группа шагала размеренно, не теряя бдительности, и вдруг я почувствовал…
— Всем стоять! — рявкнул я. — Не шевелиться!
Глава 8
Способность ощущать металл на расстоянии спасла нас от катастрофы — десятки металлических предметов лежали под слоем песка и камней. Мины. Чёртовы противопехотные мины, аккуратно расставленные в шахматном порядке вдоль всего западного склона.
— Всем стоять! — повторил я уже громче, видя недоумение на лицах бойцов. — Всё плато перед стеной заминировано.
Федот выругался сквозь зубы. Василиса побледнела, осторожно опустив взгляд на песок под ногами. Полина инстинктивно схватилась за руку Тимура.
Хасан оказался умнее, чем мы предполагали. Даже с этой, казалось бы, неприступной стороны, он позаботился о защите. Впрочем, для меня это не было непреодолимой проблемой.
Я закрыл глаза, полностью погружаясь в ощущение металла. Каждая мина стала видна моему внутреннему взору — корпус, пружина, ударник, удерживающий механизм. Вот эти тонкие предохранители, которые при нажатии на крышку освобождают ударник… МояОружейная Трансмутация откликнулась на призыв. Я начал менять структуру удерживающих механизмов, сплавляя их с корпусом, фиксируя ударники намертво. Одна мина, вторая, десятая, двадцатая…
Процесс требовал повышенной концентрации. Каждую мину нужно было обезвредить индивидуально, аккуратно, не допуская случайной детонации. Когда я закончил с последней — всего их оказалось сорок семь — настало время для демонстрации.
Я поднял руки, словно дирижёр перед оркестром. Металл откликнулся на мой призыв. Песок зашевелился, забурлил, как вода при кипении. А затем синхронно из земли поднялись десятки тёмных плоских цилиндров. Мины висели в воздухе ровными рядами, покачиваясь, как зловещие плоды на невидимых ветвях. Песок осыпался с их корпусов тонкими струйками.
— Твою мать… — выдохнул кто-то из бойцов.
Я опустил руки, и мины аккуратно легли в сторону, складываясь в ровную пирамиду.
— Мы чуть не подорвались на этой дряни, — пробормотал Евсей, вытирая пот со лба.
— Волкодав оказался опаснее, чем казался, — заметил Тимур, разглядывая обезвреженные мины. — Заминировать подступы даже с этой стороны… Он параноик или гений.
— Или и то, и другое, — откликнулась Василиса.
В этот момент солнце окончательно вырвалось из-за горизонта, заливая пустыню ослепительным светом. Тени резко сократились, а температура начала стремительно расти. Мы поспешили укрыться в тени утёса, прижимаясь к прохладному камню. Туда же я сдвинул вынутые мины, усилием разгладив песок.