Это были не обычные покойники. Тела выглядели… обработанными. Прошедшими вивисекцию в ходе некоего извращённого анатомического исследования. У некоторых отсутствовали конечности, у других была вскрыта грудная клетка. И все они несли явные признаки Бездушных — чёрные вены, пустые глазницы, пустота в груди, где раньше находилось сердце.

— Зачем же он свалил их здесь? — тихо спросил Гаврила, глядя в яму. — Разве они ему не собратья?..

— Нет. Химера превращала своих пленников в Бездушных, а потом проводил на них эксперименты.

Из-за спины послышалось сдавленное проклятие — это подошёл Евсей из Дербышей. Его лицо исказилось от ужаса и гнева.

— Вот ублюдок… — прошептал он, указывая на два тела. — Это же Семён и Демьян. Он…

Я положил руку ему на плечо, останавливая поток слов.

— Их уже не вернуть. Но мы можем остановить его, прежде чем он заберёт новые жизни.

Сцепив зубы, Евсей кивнул, но на лице его отражались все бушующие эмоции.

Вернувшись к хижине, я начал отдавать распоряжения.

— Борис, собери все записи Химеры: дневники, карты, схемы. Всё, что может пригодиться. Федот, проверь дом на наличие Реликтов или чего-то ценного. Потом сожгите эту хижину дотла. Женщин отнесите в Дербыши — это ближе, — я повернулся к Евсею. — Твоя задача — показать дорогу и проследить, чтобы о них позаботились.

— А ты, воевода? — спросил Борис, видя, что я проверяю снаряжение.

— Я должен опередить Химеру и не дать ему добраться до Угрюмихи, — ответил я. — Он двигается пешком. У меня есть шанс перехватить его.

— Мы с тобой, — решительно произнёс Гаврила, и Борис кивнул в подтверждение.

Я покачал головой.

— Вы меня не догоните. Мне придётся использовать магию, чтобы ускориться. Вы нужны здесь — позаботьтесь о женщинах и выполните остальные поручения.

Они поняли и не стали спорить.

Как только отряд начал выполнять мои указания, я отошёл к краю поляны и активировал заклинаниеВыносливость ратника . Тридцать девять капель магической энергии — немалая цена, но оно даст мне прыть и неутомимость, необходимую для долгого бега. На короткой дистанцииВоздушный шаг ускоряет гораздо сильнее, ноВыносливость ратника позволяет бежать часами.

По телу разлилось приятное тепло, мышцы наполнились силой, а лёгкие, казалось, смогли вдохнуть вдвое больше воздуха. Я сорвался с места и помчался в сторону Угрюмихи — преодолеть нужно было почти 8 километров заснеженного лесного бездорожья. Однако с утроенной выносливостью и скоростью, увеличенной в два с половиной раза, у меня был шанс успеть.

Лес вокруг превратился в размытое зелёное пятно, ветки хлестали по лицу, но я не замечал боли. Всё, о чём я мог думать, — это Угрюмиха, мои люди, и что сделает с ними Химера, если я не успею.