Ледяной узел внутри лопнул, превратившись в кипяток. Стефан оскалился, и зубы его удлинились от остеомантии раньше, чем он отдал приказ, потому что тело помнило эту тварь лучше, чем рассудок, и тело требовало не бежать, а рвать на куски, ощущая, как чужая кровь заливает лицо и грудь.

Жнецы обрушились на отряд: бой произошёл в тесноте подземного зала, в темноте, прорезаемой вспышками огня, лучами фонарей и искрами от столкновения металла и хитина.

Строй сломался мгновенно. Жнецы не стояли на месте: пятиметровые туши метались по залу, отталкиваясь от стен и потолка суставчатыми лапами, и перестроиться в линию против такой скорости было невозможно. Второй Жнец телекинезом швырнул обломок бетонной кладки через весь зал, смёл двоих рыцарей с ног и тут же прыгнул к ним, пока они ещё летели.

Один из фонарей на экзоскелете разлетелся от удара, целый сектор зала провалился в кромешную тьму, откуда доносились только лязг, хруст и чей-то истошный крик. Кто-то орал «слева, слева!», кто-то стрелял не глядя и едва не задел своих, боец из Детройта матерился в голос, координируя огонь, вся наука боевого построения обесценилась в первые десять секунд.

Василиса работала геомантией почти вслепую, больше полагаясь на внутреннее зрение магических энергий, вздыбливая пол под лапами тварей, обрушивая на них куски потолка, выращивая каменные шипы в тех местах, куда Жнец приземлялся после очередного прыжка, и это, среди прочего, не давало тварям перебить людей в первые секунды.

Рыцари Дитриха в доспехах из Сумеречной стали смогли окружить одну из тварей стеной клинков, и первый Жнец, полоснувший хитиновым лезвием по строю, нарвался на контрудар трёх мечей одновременно. Лапу ему срубили у основания и практически затолкали в то место, на котором Жнец сидел бы, если бы умел. Однако венгр Иштван поставил точку в этом унижении, вонзив клинок под ядро и буквально выковырнул его, как устрицу из раковины.

Гвардейцы Платонова, дважды усиленные реликтовыми составами, работали тройками: один отвлекал, двое разили оружием из Сумеречной стали в сочленения, в пазухи между хитиновыми пластинами, в мягкие ткани под бронёй. Солдаты в экзоскелетах грохотали сервомоторами, титановые кулаки вминали хитин внутрь, и встроенное оружие стучало короткими очередями, вспарывая тварям брюхо. Магоусиленные пули крупного калибра вполне неплохо перфорировали природную защиту тварей.

И всё же раненые появились в первые же секунды. Одному из рыцарей хитиновое лезвие, окаймлённое кислотной энергией, вскрыло плечо до кости, и он отшатнулся на колено, зажимая рану левой рукой, продолжая рубить правой. Бойца в экзоскелете Жнец ударил наотмашь в грудь, титановый каркас выдержал, погнувшись, боец устоял, и ответная очередь в упор оторвала Жнецу конечность. Ярослав, один из гвардейцев, отлетел к стене, врезавшись спиной в бетон, поднялся и кинулся обратно.