— Ох, стоило бы больше налегать на закуски! — заметил виконт Фосс. — Я чувствую себя бурдюком для вина, право-слово!

— А кто мешал? — усмехнулся Марвин.

— Но как тут устоять? — усмехнулся Фосс. — Я-то в седло не лез, да и соколиная охота меня никогда не привлекала! Так что…

Смеясь и переговариваясь, мы, своей небольшой группой, двинулись за слугами в поместье. В отдельной небольшой комнате нас уже ждали тазы с теплой водой — смыть грязь, а наряды подготовлены и аккуратно разложены.

На все ушло около часа. Тяжелее всего было отмыться Торису, который покатался по земле и, казалось, собрал всю пыль и песок своими волосами, мы же с Марвином только освежились, избавившись от посторонних запахов и сбрызнув волосы и шеи цветочной водой. После, за шторками, все трое переоделись, проверили наряды друг друга, затянуты ли пряжки и на месте ли чулки.

— Все еще чувствую себя неуютно… — протянул Торис.

— Просто представь, что на тебе доспех, — пожал плечами Марвин. — В чем проблема?

— Но доспеха-то нет! — возмутился Торис.

— А ты представь… — улыбнулся старший брат.

Ему-то было просто, его наряд был более сдержанным. Я же вовсе в своей песочной тунике походил на гостя из Гоунса, хотя нельзя не отметить, что Гипперт все выбрал правильно. Маг должен выделяться, а эти одежды отлично подходили к моему жетону, да и вообще, отдаленно напоминали одежды всегда утонченного и красиво одетого Неро.

Ужин я почти не запомнил. Сидели мы за длинным столом, а разместили нас с баронетами где-то во второй половине зала от головы, где восседали маркиза и Отавия. Виконт Фосс оказался в пятке мест впереди, но до нас постоянно доносились тосты и громкие выкрики, обрывки шуток и взрывов смеха.

Я же наслаждался относительным покоем, спокойно уплетая рябчиков и запивая все это прекрасным южным вином.

Как же я был благодарен сейчас учителю за то, что он обучил меня поведению за столом! Когда мы только расселись, на меня нет-нет, но бросали косые взгляды, но вроде как я не дал ни одного повода усомниться в моем воспитании и навыках, так что довольно быстро окружающие потеряли ко мне всяческий интерес.

Наконец, когда тарелки и кубки опустели, на небольшую сцену в углу зала вышла группа музыкантов. Гости встали со своих мест размять ноги и утрясти угощение, а слуги тем временем стали сдвигать столы и стулья к стенам, освобождая место для танцев. Чем-то эта комната напоминала один из залов императорского поместья, да и древние стены прямо говорили о том, что ранее это был главный зал донжона — в котором прежние владельцы укрепления когда-то устраивали пиры для гостей и своей дружины. Славные, наверное, были времена.