Я рванул к нему, одновременно обрушивая на связующую нить всю энергию, которую только смог собрать. Книга снова подпрыгнула на столе, нить оборвалась. Буквы погасли.

Подхватив Сергея на руки, я выскочил в коридор и побежал вперёд, чтобы унести его как можно дальше от библиотеки. Видел при этом, что его аура будто подёрнулась чёрной плёнкой — но та становилась всё тусклее.

Сергей громко вдохнул и соскочил с моих рук на пол. Оперевшись рукой о стену, он несколько раз глубоко вдохнул, вытер выступивший на лбу пот и спросил:

— Что это было?

— А ты как думаешь? Твоё проклятие. Эта книга как-то с ним связана, — хмуро ответил я. — Больше никогда не заходи без спроса, когда я работаю, понял?

— Откуда же я знал…

— Ты понял или нет? — строго спросил я.

— Да, — буркнул брат, продолжая держаться за стену, будто боясь упасть.

— Теперь иди. Ужинайте без меня, — сказал я и быстрым шагом направился обратно в библиотеку.

Мысленно призвал по дороге Оскара. Тот появился у меня на плече и не успел что-либо произнести, как я отдал приказ:

— Принеси тот клык в библиотеку.

— Ох, ты уверен, хозяин? В прошлый раз…

— Уверен. Но на всякий случай будь готов, может случиться нечто подобное, — ответил я.

Феникс с сомнением мотнул головой, но не посмел ослушаться.

Как только я вошёл в библиотеку и запер дверь на толстую задвижку, фамильяр появился рядом. Он держал в лапе тёмный артефакт — и как только клык и книга оказались рядом, случилось именно то, что я предполагал.

Клык вырвался из лапы феникса и упал на пол с громоподобным звуком. Книга вздрогнула, как хищник, почуявший кровь. Мгновение — и между ними вспыхнула спираль из чёрного эфира. Воздух завибрировал, стал таким тяжёлым, что застревал в горле.

— Оскар, барьер! — крикнул я, выстраивая собственное плетение.

Феникс взмахнул крыльями, окружив стол огненным кольцом. К счастью, это был особый эфирный огонь, который не мог причинить вреда книгам, но зато мог блокировать эфир.

Спираль прорвала защиту, ударив в потолок. Люстра рухнула, рассыпавшись тысячей осколков, и стало темно. Только эфирное пламя и перья феникса продолжали светиться, порождая танец теней.

Оскар метнулся в сторону, уворачиваясь от чёрных щупалец.

Я бросился к столу и схватил книгу. Пальцы обожгло холодом, и они слегка прилипли к обложке — как если бы я голыми руками коснулся металла на морозе. На обложке замигали алые руны.

— Надо разорвать связь, — сказал я, призывая эфирный барьер.

Я поставил его между фолиантом и клыком. Прозрачная стена тут же покрылась трещинами, долго не продержится.