— П-ф, я так и знала, — фыркнула Настя. — Как тебе вообще в голову пришло пустить эту змею в наш дом?

— Будь повежливее с бароном, — шикнула на неё Варвара Николаевна и добавила чуть тише: — Тем более при посторонних.

— Простите, ваше благородие, — закатив глаза, произнесла Настя и отправилась назад в спальню.

— Она… задержана? — спросила тётя Варвара, явно имея в виду Свету.

— Скоро будет, — ответил я.

Вряд ли Волкова сумела далеко уйти. Не знаю, как она смогла оглушить гвардейца, который её охранял — но бежать ей просто некуда. Вполне возможно, что она и вовсе прячется где-то на территории поместья, ожидая взрыва.

Анатолий поднял обгоревший артефакт:

— Работа мастера. Дорогое удовольствие.

— Очень дорогое? — уточнил я.

— Безусловно. Невероятная мощь для таких размеров артефакта. Плетение, судя по всему, было очень сильно сжато и, судя по остаткам структур, тщательно скрыто.

— Так и есть, — сказал я.

— В таком случае, за стоимость этой броши можно было бы купить квартиру. Однокомнатную, — добавил Анатолий.

Учитывая московские цены, это всё равно о многом говорило… Волков должен мне немалую сумму, и дела в его роду идут весьма плачевно. Но вместо того, чтобы отдавать долг, как сказано в нашем договоре, он решил меня убить.

Ведь Светлана получила брошь именно от Владимира. Никто не срывал, что посылка пришла от него.

Что ж, барон Волков мне за это ответит.

В холле появился дворецкий и печально покачал головой, глядя на испорченный паркет и трещины на стёклах. Он не стал спрашивать, что здесь случилось — вполне возможно, что слышал мой разговор с Варварой Николаевной. Вместо этого дворецкий спросил:

— Кофе, ваше благородие? Или чего-нибудь другого бодрящего? Могу предложить имбирный лимонад.

— Неси лимонад, — согласился я. — И что-нибудь сладкое на закуску.

После того, как я потратил столько сил, при мысли о сладком желудок сжался, будто кулак. Я бы сейчас убил за шоколадный батончик или пирожное с кремом.

Пока ждали дворецкого, я узнал, что случилось с гвардейцем, который охранял Волкову. Оказывается, она вколола ему какой-то транквилизатор, который передали ей под видом лосьона. Побег был подготовлен — если бы бомба взорвалась, то никто бы не стал искать Светлану.

Дворецкий вернулся быстро. На подносе были запотевший кувшин с холодным лимонадом, хлеб, печенье, конфеты и несколько розеток с вареньями и джемами.

— Угощайтесь, — сказал я Дмитрию и Анатолию и первым приступил к еде.

И печенье, и джемы, и конфеты показались мне в сто раз вкуснее обычного. Уплетал их за обе щёки, ловя на себе слегка удивлённый взгляд Анатолия.