А на полу лежал труп, под которым растеклась багровая лужа.
— Похоже, что Ланцов телепортировался именно сюда, — сказал я, глядя на застывшее лицо мертвеца.
Глава 4
Луна пробивалась сквозь разбитое окно, освещая бледное лицо мертвеца. Он лежал навзничь, одна рука застыла в защитном жесте, другая сжимала обломок посоха. Лицо было искажено гримасой — не страха, а скорее… разочарования.
Я присел рядом, осторожно поворачивая голову трупа к свету. Морщинистое лицо, седые усы, глубокий шрам через левую бровь…
— Прохор, — выдохнул я. — Неужто ты не смог выстоять перед своим учеником?
Кретов стоял в дверях, его тень растянулась на полу, как клякса. Он молчал, но я видел, как сжимаются и разжимаются его пальцы. Рядом возник эфемер грусти, но Дмитрий махнул рукой, прогоняя его.
— Ланцов оказался сильнее, чем мы думали. А со своим зеркалом… — наставник не договорил, глядя на длинный окровавленный осколок, напоминающий по форме нож.
— К тому же он наверняка атаковал исподтишка, — сказал я, поднимаясь и оглядываясь.
Дом выглядел так, будто через него пронёсся ураган. Вещи были разбросаны, мебель сломана. Странно, что старый сруб вообще устоял после схватки двух сильных провидцев.
Я подошёл к печи — в углу тлела циновка, дымок поднимался к потолку.
— Хотел поджечь, но не успел, — сделал вывод я, затаптывая тлеющие волокна.
Полки, которые в мой прошлый визит ломились от книг и склянок, теперь зияли пустотами. Исчезли именно те тома, что стояли у Прохора под эфирной защитой — какие-то редкие, возможно, запретные издания. Либо личные записи отшельника.
— Ланцов забрал всё ценное, — сказал я, проводя пальцем по пыльной полке.
Кретов, наконец, сдвинулся с места. Обойдя тело Прохора, он подошёл к центру комнаты, где эфир всё ещё дрожал, как вода после брошенного камня. Достав из кармана фокусирующий кристалл, он немного им покружил и затем убеждённо кивнул.
— Телепортация, — сказал Дмитрий. — Но слабая. Игорь еле унёс ноги. Зачем он вообще сюда переместился?
— Вероятно, чем-то хотел завладеть, — вновь кивая на пустые полки, ответил я. — Решил, что терять ему уже нечего, и можно ограбить старого учителя.
— А заодно и убить, — скривился Кретов. — Думаю, ты прав. Ланцов понял, что его преступления раскрыты, и сорвался с цепи.
Дмитрий достал телефон.
— Вызываю криминалистов. На Ланцова заведём дело и объявим в розыск. Учитывая его способности к телепортации, я постараюсь добиться, чтобы это сразу был международный розыск.
Он ещё раз взглянул на лицо мертвеца, тяжело вздохнул и вышел на крыльцо. Всегда печально осознавать, что погиб кто-то из знакомых… даже если отношения с ним были натянутыми. Но смерть никогда не бывает радостной — только отморозки могут радоваться чьей-то кончине.