— Сейчас, — сказал Ланцов.

Он выпрямился, и в его глазах исчезло всё — и страх, и боль, и притворство.

— Ты всегда был слишком доверчив, старик.

В его кулаке появился длинный осколок зеркала, и через мгновение тот вошёл в живот Прохора с мокрым звуком.

— Гх… — старик выпучил глаза.

Но Ланцов не ожидал, что Прохор успеет среагировать.

Отшельник взревел, ударив посохом об пол. Волна эфира врезалась Игорю в грудь, отшвырнув к стене.

— Предатель! — Прохор вырвал осколок из живота, но чёрные прожилки уже расползались по его коже.

Ланцов вскочил на ноги, выпустив эфирную дугу. Прохор парировал, отразив атаку в потолок.

Комната превратилась в поле боя. Зеркальные осколки летали, как шрапнель, отражая и искажая плетения. Прохор, несмотря на рану, дрался как демон — его посох выписывал в воздухе сложные руны, каждое движение рождало новую атаку.

Ланцов отступал. «Он сильнее меня… Чёрт, он даже раненый сильнее!»

Бой продолжился. И никто из противников не мог быть уверен в победе…

* * *

Автомобиль мчался по ночной дороге, пробиваясь сквозь стену дождя. Фары выхватывали из темноты кривые стволы деревьев, стоящих вдоль дороги. Я крепче сжал руль, чувствуя, как машина скользит на поворотах.

Кретов сидел рядом, неподвижный как статуя. Его пальцы методично барабанили по подлокотнику — единственный признак бушующей внутри бури.

Ольга Кретова… Его жена.

В памяти всплыли обрывки прошлых разговоров. Как Дмитрий упоминал, что до сих пор чувствует её присутствие. Как в их старой квартире иногда пахло её духами. Как он уверял, что если бы она умерла по-настоящему — он бы знал.

Теперь всё встало на свои места. Если Ольгу принесли в жертву — её душа вряд ли отыскала покой. Скорее всего, она стала призраком и осталась привязана к тому месту, где её убили. Незавидная судьба.

А что сейчас чувствует Дмитрий, я даже представлять не хочу.

Я резко свернул на грунтовку, и машину подбросило на кочке. Кретов даже не пошатнулся.

— Скоро будем, — сказал я, но наставник не ответил.

Он лишь кивнул, не отрывая пустого взгляда от темноты за окном.

Когда мы подъехали, первое, что бросилось в глаза — отсутствие багровых защитных потоков. Вместо них вокруг дома кружили эфемеры смерти. В прошлый раз я их тоже видел, но теперь всё было иначе…

— Чёрт, — я заглушил двигатель. — Здесь кто-то умер.

Кретов уже выходил из машины, не дожидаясь меня. Его пистолет блеснул в свете луны.

Возле дома пахло гарью и чем-то кислым — как от разряда мощной магии. Эфирные обрывки колыхались в воздухе. Здесь явно случилась магическая схватка. Когда я открыл скрипучую дверь, то сразу заметил, что пол усыпан осколками зеркала, искрящимися в темноте.