Я должна начать анализировать и сопоставлять факты, иначе скачусь в догадки и панику. А вот этого допускать сейчас никак нельзя. Именно этого, возможно, от меня сейчас и добиваются.

Одно я точно выяснила после встречи с Вороном — убивать он меня не собирается. У него была идеальная возможность, и он ею не воспользовался. Похоже, меня как свидетельницу он не боится. Доказать его связь со всем этим я всё равно не смогу.

А что насчёт мужчин?

Я видела, как хладнокровно убивали что Влад, что Макс. Вот для них я угроза. Для них я та, кто может свидетельствовать против них.

Нельзя про это забывать. Который раз уже себе напоминаю, но чувства, чтоб их, раз за разом затмевают разум.

А ведь мужчины играются со мной, развлекаются, пока мы вместе. Защищают… но, как оказалось, именно в защите как таковой я не нуждаюсь. Это, конечно, если Ворон не передумает.

А ещё не бывает настолько разных версий одних и тех же событий. Это попросту невозможно. Макс мог не рассказать про девушку Влада, но это не единственная нестыковка.

Усмехаюсь. Да это уже не нестыковка. Тут целое противостояние вырисовывается. Каждый рассказывает свою историю, выставляя второго чудовищем.

И кому верить?

Что вообще произошло?

Спросить напрямую?

А ответят?

Именно в этот момент в моей руке оживает телефон, и я поднимаю трубку.

— Лера, куда ты нахер свалила? — раздражённо спрашивает Макс.

О… вот про меня и вспомнили.

— Заберёшь меня? — тут же спрашиваю.

И это противоречит всему тому, к чему я пришла в своих мыслях. Мне бы по-хорошему держаться от всех троих подальше. Но вот не получается. Это выходит произвольно… я тянусь к Максу с Владом. Глупо, недальновидно, вопреки здравому смыслу, но это факт.

— Говори адрес, и я приеду, — сразу же отзывается мужчина.

Я осматриваюсь и называю адрес. Он сбрасывает вызов, и у меня есть полчаса, чтобы понять, что делать дальше. Я ими воспользовалась и усиленно думала.

Пришла ли я хоть к чему-то путному?

Нет.

Ушла, чтобы Макс меня не нашёл, а для этого у меня были все возможности?

Конечно же нет.

Я ведь, похоже, дура доверчивая, а ещё безрассудная журналистка, которой до одури хочется докопаться до правды, даже если эта правда может стоить мне жизни.

И к тому моменту, как мужчина приезжает за мной, я так и не определилась, кому верить, но решила попробовать ещё раз поговорить с Максом. Он может меня послать, а может и рассказать правду.

Правду, ради которой погибло уже столько народу… и, возможно, погибнет ещё.

Всю дорогу мы молчим, и тишина в салоне натянутая до предела. Мужчина собран и находится в стадии обороны, словно каждую секунду ждёт удара, а я пытаюсь собраться с силами и найти правильные слова. Слова, которые не заставят его снова закрыться.