Гастон говорил и говорил, пытаясь убедить меня в щедрости епископа и в том, что без самого Гастона в виде посредника этой щедрости я не увижу. Минут через пять, заметив мою прохладную реакцию, Гастон сказал что-то действительно интересное.

— Арно тебя ищет. Пустил слух, что он тебе должен за дело и чтобы ты явился к нему за официальной наградой за поджигателей караванов. Нескольким доверенным людям пообещал за тебя награду, но приказал доставить обязательно целым и невредимым. Что он от тебя хочет, я не знаю.

— Сколько таких поисковых групп, как ваша?

— Ещё две точно. Брат говорил, что епископ дал ему большую сумму.

— Что с Жаном?

— Привезли его в плохом состоянии, но так как он оказал серьёзную услугу Церкви, им занимался церковный лекарь и два зелья исцеления на него потратили. В общем, две недели он пробыл в часовне и вышел как новый.

— А Ирвин?

— А что Ирвин? — с удивлением спросил Гастон. — Сидит себе в замке, своими лейтенантскими делами занимается.

— Так твой брат работает на епископа или на Арно? — резко спросил я, и Гастон замялся. Лис мгновенно дал ему под дых. Намек Гастон понял сразу.

— На обоих, Эллади, на обоих! — проорал Гастон. — Арно крепко Мориса на крючке держит, а его преосвященство — это перспектива! Вот и приходится на двух хозяев батрачить.

За последующий час расспросов больше ничего полезного узнать не удалось. Убивать Гастона я не торопился. Лис заткнул ему рот какой-то тряпкой, и мы снесли командира людоловов вниз, положив рядом с другим связанным.

Я уже хотел пойти спать, когда ко мне подошёл Гюго. Вождь искажённых выглядел паршиво, но старался держаться с достоинством и невозмутимостью.

— Лира мне всё рассказала. Я приношу тебе благодарность от всего народа искажённых за помощь в нахождении Первоотца. И за своё спасение, — и чуть помедлив, очевидно заметив разочарование на моём лице, добавил: — Я понимаю, что для человека слова ничего не значат. Завтра ты получишь награду. И за Первоотца, и за меня, и за спасение Лиры от ловчего.

— А потом?

— А потом я хочу, чтобы ты и твои люди покинули долину. Мы завалим проход со стороны баронства и займёмся переноской Первоотца в наши земли.

Я чуть заметно улыбнулся — этот план мне нравился. Совершенно не хотелось торчать тут несколько недель, а потом помогать искажённым с транспортировкой не-бога и прикрывать их от баронских разъездов и оставшихся людоловов. Хватит с меня чужих святынь и чужих войн. На сегодня я был готов признать величайшим благом обычную возможность уйти.

— Гюго, а какого чёрта ты вообще тут делаешь?