Они задумались раньше. Шаги остановились.

— Не лезть! — рявкнул сверху командир со смутно знакомым голосом. Но я никак не мог вспомнить, кто это. — Эту дырку в земле под прицел взять, но близко не подходить.

Командир людоловов оказался умнее, чем мне бы хотелось.

— Эй, внизу! — крикнул он. — Ты чего это такой смелый, имени не спросил, сразу стреляешь? Судя по экипировке и навыкам, человек ты не простой, может даже благородный, но сейчас ты очень серьезно ошибся.

Я молчал. Молчание в таких переговорах иногда говорит больше любого ответа.

— Я тут по заданию визитария его преосвященства Тибо де Бельмона. Понял? Ты против Церкви пошёл, придурок. Поэтому делаем так: выходишь, платишь выкуп за убитых тобой людей, рассказываешь, чего такой резвый и что нашёл, и сваливаешь отсюда. Или будешь иметь дело с Церковью!

— Ты мне сказки не рассказывай, — ответил я. — Визитарий сгинул в землях монстров.

— Так другого прислали. Мориса Пелле. Брата моего… — командир людоловов осёкся. — Я твой голос узнал! Ну, здравствуй, Эллади.

Я тоже его вспомнил. К сожалению, слишком поздно. Со мной говорил Гастон — бывший зам Арно собственной персоной.

— Парни, засевший внизу ублюдок — никакой ни аристократ. Так что мы с ним можем делать всё, что захотим, — радостно сообщил своим бойцам Гастон. — Но что самое главное — монеты у него есть!

Снаружи раздалось радостное улюлюканье. Жадность и безнаказанность звучит узнаваемо на любом языке и в любом мире.

— Слышь, Эллади, сделка будет другой. Ты отдаёшь всё, что у тебя есть. Вообще всё: и деньги, и доспехи, и оружие. И тогда я тебя отпускаю. А нет, так я тебя привяжу к стулу и говорить будет совсем по-другому.

— Ну спускайся за мной, чего ты ждёшь, Гастон?

— Ты как был придурком, так и остался. Вас тут всего двое, я по лагерю вижу. Напал из засады, повезло убить нескольких моих. Думаешь, сможешь ещё что-то нам сделать? Или ты серьёзно считаешь, что я полезу за тобой в этот гадюшник?

Гастон испытывал удовольствие: в его голосе слышалось предвкушение даже не победы, а расправы. Мой старый знакомый явно не хотел, чтобы я согласился на его «щедрое» предложение — он рассчитывал получить и моё имущество, и насладиться местью, посадив теперь меня на пыточный стул.

— Парни, собирай дрова и зелёную траву, сейчас крыс будем выкуривать из туннелей! — приказал Гастон.

Я выждал ещё несколько минут, прислушиваясь к происходящему, но лезть внутрь действительно никто не собирался.

— Я к Лире, узнаю, что происходит снаружи. Если кто полезет — стреляй и сразу отходи к ручью, — шепнул я на ухо Селене.