Целитель медленно опустил руку на мою грудь, прямо туда, где должно было пульсировать мое магическое ядро. Его ладонь была теплой, от нее исходил привычный, целительный свет. Я жадно ловила каждое ощущение, молясь всем богам, чтобы свет откликнулся, чтобы моя искра, испуганная и забившаяся в уголок, вдруг подала знак.

Но свет целителя просто соскальзывал с моей кожи. Он не встречал сопротивления, не встречал отклика, не встречал “меня”. Он уходил в пустоту, как вода в песок.

Мастер Вэлериус убрал руку и закрыл глаза. На секунду мне показалось, что он состарился еще на десять лет.

— Магический резерв, — начал он, и каждое слово падало на меня, как тяжелые каменные плиты, — это не просто сосуд, Искра. Это живая ткань души. Когда происходит выброс энергии, несоразмерный с объемом ядра, ткань рвется. А когда в этот разрыв устремляется сила, превышающая понимание смертных...

Он замолчал, подбирая слова, чтобы сделать мне не так больно. Но это было невозможно.

— Серебряная Луна в ночь своего пика... и ритуал Триады, который вы пытались провести... они создали резонанс, которого Арканум еще не видел. Ваша искра, Искра... она стала проводником. Вы впитали в себя и тьму наследника Теней, и огонь наследника Огня, и лунный свет. Ваше тело, ваша душа... они не выдержали.

— Что вы хотите сказать? — мой голос начал предательски дрожать. Холод из груди начал распространяться по венам. — Скажите это прямо.

Целитель посмотрел мне в глаза. В его взгляде не было надежды.

— Искра. Твое магическое ядро выгорело дотла. Искра потухла. Ты больше не маг.

Тишина вернулась. Но теперь она была не ватной. Она была оглушающей, звенящей, как лезвие меча, рассекшее воздух.

— Как... как это выгорело? — прошептала я, и мир вокруг начал вращаться. — Но... но я чувствовала ее. Еще вчера... еще несколько дней назад... она была со мной. Она пела!

— Магический шок искажает восприятие времени и пространства, — тихо ответил Вэлериус. — Ты была в целительном трансе. Твое тело боролось за жизнь, перенаправляя последние крохи магической энергии на восстановление органов. Ты сожгла саму себя, чтобы выжить.

— Но она вернется? — Я вцепилась в простыню, костяшки пальцев побелели. — Вы можете дать мне зелье. Эликсир восстановления. Директриса... директриса Изольда сказала, что мой дар поет! Она не могла ошибиться!

— Директриса не ошиблась, дитя. Твой дар был уникальным. Но именно эта уникальность и стала причиной катастрофы. Эликсиры не могут вырастить новое ядро из пепла. То, что было... ушло навсегда. Ты стала... обычным человеком.