— Леди! Слава богу вы в порядке! — внезапно ко мне подлетела Мия, осматривая меня и причитая, что ушла далеко. — Нам нужно вернуться в дом. Герцог Инглорион переживает за вас!
— Пусть переживает… Я не хочу возвращаться! — ответила хриплым голосом и сразу закашлялась. Кажется, я сорвала себе голосовые связки, говорить было больно, горло покалывало и першило.
Мия заохала еще громче, причитая и пытаясь поднять меня с земли.
— Леди, пожалуйста, встаньте, вы можете простудиться! Ваши руки уже такие ледяные! Нам срочно нужно вернуться в дом, чтобы вы согрелись! — поддавшись на уговоры, я и правда встала и даже сделала пару шагов, но потом она добавила: — Поговорите с хозяином, и все решится! Он справедливый и мудрый!
Меня словно молнией пригвоздило к месту. Этот… справедливый и мудрый?!! Горничная пыталась осторожно придерживать меня за руку и направить в нужную ей сторону. Но я словно приросла к месту.
— Не пойду! — пыталась сказать как можно увереннее, но сорванный голос все портил хрипотой.
Мия всплеснула руками, шокированная моим желанием. Закудахтала, как курица-наседка. И в каком-то смысле я ее понимала, ее госпожа, к которой ее приставили служить, вела себя как неразумное дитя.
— Но как же так? Леди не пристало жить на улице! — взмолилась она чуть не плача.
При чем тут улица?.. Впрочем…
Я осмотрелась, всего в нескольких метрах от нас, за ровными рядами посаженых деревьев, виднелся небольшой домик. И как я не заметила его раньше?
— Что это? — остановила поток уговоров Мии.
Горничная посмотрела в указанном направлении:
— Это старый флигель, госпожа! — ее голос дрогнул, казалось, она сейчас и правда заплачет.
Я направилась к нему, в голове возникла шальная мысль.
— Как его сейчас используют?
— В нем раньше жили садовники, но потом случился скандал. С тех пор он пустует. Садовники приходят утром и, сделав работу, уходят. Хозяин их не жалует, хорошо хоть не уволил, позволив работать как и раньше… — голос женщины звучал с опаской, кажется, уже сейчас она понимала, что я интересуюсь не просто так.
Зато теперь мне стало понятно, чего герцог так разозлился! Я привела в дом тех, кого он даже на ночь не желал оставлять на территории своего поместья, не то что видеть в доме. Но откуда мне было это знать? Уверенным шагом направилась к домику. Возвращаться в отведенные мне комнаты я не желала. Там я все больше ощущала себя не в своей тарелке. Уйти тоже не могла просто потому, что идти мне пока было некуда. Из воспоминаний хозяйки тела я знала, что у нее тоже жизнь была не сахар. И возвращаться к ее родственникам, чтобы от меня избавились, повторно выгодно выдав замуж, я не горю желанием.